Книга Большой проигрыш, страница 52 – Алексис Опсокополос

— Ещё не время, Вилли, — ответил Эджертон. — Не получится в удовольствие. Ещё слишком многое нужно сделать, чтобы можно было позволить себе успокоиться. Ещё не все враги Британии повержены, ещё не все личные цели достигнуты, чтобы уходить на покой.

— Не буду тебя ни в чём переубеждать, друг мой. Однако хочу напомнить, что получить всё нельзя. Можно получить много, но не всё. Уметь вовремя остановиться — невероятно ценный навык, и не каждому удаётся им овладеть.

— Очень ценное напоминание, я это учту, — с изрядной долей ехидства произнёс Эджертон и уставился на Вильгельма, давая понять, что желает побыстрее перейти к тому, ради чего его пригласили.

Но император Священной Римской империи никуда не спешил и задал довольно неожиданный вопрос:

— А что у тебя с русскими, Гарри?

— То же, что и всегда, — ответил британский премьер-министр. — Идёт Большая Игра. Но, мне кажется, она подходит к концу.

— Даже так? — удивился Вильгельм.

— Да, Вилли. Не я её начал, но, похоже, я буду тем, кто её завершит. Всё подходит к логичному финалу. Большая Игра будет окончена в ближайшее время!

— Вы, англичане, очень любите красивые названия и яркие вывески, — заметил немец.

— Не без этого, — согласился Эджертон. — Но трёхсотлетнее противостояние стоит того, чтобы его красиво назвать.

— Но вы его сразу так назвали.

— Мои предки были прозорливы и понимали, что это всерьёз и надолго.

Император Вильгельм Пятый усмехнулся и спросил:

— Знаешь, Гарри, какой, на мой взгляд, самый большой минус в Большой Игре?

— И какой же?

— Она может закончиться Большим Проигрышем! И чем больше игра, тем больше может быть проигрыш.

— Ты на что-то намекаешь?

— Нет, это просто мысли вслух.

— И ты позвал меня, чтобы ими поделиться? — язвительно спросил Эджертон.

— Нет, конечно. Позвал я тебя совсем для другого. Это так, к слову пришлось. Навеяло твоим высказыванием о незавершённых делах, вот и поинтересовался.

— Надеюсь, я удовлетворил твой интерес, — холодно сказал герцог. — И теперь мне не терпится выслушать то, ради чего я прибыл.

Вильгельм Пятый перестал улыбаться, выдержал небольшую паузу и произнёс:

— Как я уже сказал тебе по телефону, у меня есть для тебя подарок, Гарри. Невероятный, потрясающий, такой, каких я никогда никому не дарил, и думаю, никогда никому больше не подарю. Подарок, который можно преподнести только настоящему другу.

— Я ещё не знаю, что это, Вилли, но уже впечатлён твоей щедростью и с нетерпением жду, когда ты всё же перейдёшь к делу.

— Нет, Гарри, всю мою щедрость ты оценишь чуть позже. А сначала позволь задать тебе один вопрос.

— Задавай.

— Скажи, мой друг, ты действительно думаешь, что я не знаю про измену фон Лангермана и про то, что он действовал по твоей указке?

Лицо Эджертона исказилось, изображая одновременно крайнее удивление и злость, рука невольно дёрнулась в сторону кармана, в котором лежал артефакт активации магического портала.

— Не стоит, Гарри, — произнёс Вильгельм. — Я не убиваю друзей у себя дома. Даже тех, кто хотел убить меня. Я позвал тебя для другого.

— Для чего? — выдавил из себя Эджертон.

— Сказать, что я тебя прощаю. Это и есть мой тебе подарок. Думаю, это лучшее, что я могу подарить на день рождения старому другу.

— Действительно, лучшее, — согласился англичанин. — Это очень щедрый подарок. И неожиданный.