Книга Пожиратель. Книга IV, страница 90 – Алексис Опсокополос

Но их явно не рассматривали. А в ситуации, когда банки чуть ли не дерутся за каждого клиента, отказывать столь крупному — нонсенс. Или вынужденное действие, если банкиров кто-то попросил отказать. Причём этот кто-то должен быть очень могущественным, если его послушались. Или очень опасным — таким, с кем лучше не связываться. Под первую категорию подходил Сибирский князь, под вторую — сибирские бандиты.

И вряд ли это было делом рук князя — уж кто-кто, а он мог при желании не допустить, чтобы оправдали отца или чтобы нам не вернули завод. Так что, скорее всего, на банки надавили криминальные авторитеты, положившие глаз на завод и его землю.

Не смогли добиться своего через суд, не смогли меня запугать и выбрали единственный оставшийся путь: не дать нам запустить завод, дождаться, когда его вернут государству, а уже потом его прикарманить. Потом это уже будет дело техники. А самый простой способ не дать мне запустить завод — это лишь меня возможности получить финансирование.

А вот Покровский был уверен на сто процентов, что проблема в непогашенных процентах по первому кредиту. И я не стал его переубеждать. Зачем расстраивать человека лишний раз? К тому же и проценты, и пеню в любом случае надо гасить. И однозначно это хоть немного, но облегчит задачу — потенциальным кредиторам будет видно, что мы выполняем обязательства.

Но на погашение долгов требовался почти миллион рублей, и где его взять, я не представлял. Всех запасов набралось не более чем на четыреста тысяч, а ещё завод ежедневно требовал пусть минимальных, но вложений. Конечно, приход у нас тоже был — рынок работал, видеосалон функционировал чуть ли не круглосуточно. Но даже если прибыль с рынка полностью перекроет текущие затраты по заводу, всё равно на закрытие долгов по кредиту не хватает шестисот тысяч.

Вся эта ситуация, эти отказы банков в психологическом плане сильно ударили по всем, кроме меня. Я держался, у меня ещё в прошлой жизни выработалась привычка не отчаиваться ни при каких обстоятельствах. Но было неприятно — что есть, того не отнять. Вроде уже в руках завод, а что толку? Запустить не можем. Обидно, досадно, но, как пелось в одной из песен в моей прошлой жизни, ладно. Надо не сдаваться и рыть землю дальше.

К тому же один банк — Уральский торговый нашу заявку всё-таки рассмотрел. И не просто рассмотрел, а даже назначил мне встречу, которая должна была состояться сегодня в двенадцать часов. Встреча с обычным сотрудником отдела кредитов, а не с директором или его заместителем, но хоть что-то.

После завтрака я собирался на пару часов заскочить на рынок, глянуть, как там дела, и уже оттуда отправиться в банк. А сейчас я вместе со своей семьёй и Светкой, которую уже начал считать своей второй сестрой, с удовольствием ел вкуснейший омлет с грибами и вялеными томатами, приготовленный мамой.

Ну и телевизор смотрел — куда ж без этого. Мы уже давно смирились с тем, что без просмотра новостей завтрак не завтрак. Но зато отец дал нам слово не включать телевизор за обедом и ужином. Вот такая она жизнь в большой семье — сплошные компромиссы.

Но если обычно я даже и не вслушивался в то, что вещал говорящий ящик, сегодня он смог привлечь моё внимание. Шёл выпуск местных новостей на нашем единственном коммерческом телевизионном канале. Репортёр — парнишка с наглой и немного придурковатой физиономией стоял возле здания городской администрации и возмущался, что его не пустили внутрь.