Книга Я есть Закон! Том 1, страница 53 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

Я выдержал небольшую паузу, чтобы информация надёжно зафиксировалась в памяти девочки.

— А вот адвокат — это уже следующий, продвинутый уровень. Чтобы им стать, обычному юристу нужно иметь стаж работы, сдать сложнейший квалификационный экзамен комиссии и принести присягу. Только после этого он получает официальный статус, который наделяет его особыми полномочиями. Например, только адвокат имеет право защищать подозреваемых по уголовным делам. И только адвокат может рассылать официальные запросы в государственные органы, которые те не имеют права проигнорировать.

— Значит, вы адвокат? — сделала Света вполне закономерный вывод из моей мини-лекции.

— Нет, пока нет, — честно ответил я.

— Опыта мало? — с лёгким сочувствием предположила девочка, видимо, решив, что я безнадёжно застрял на самом начальном уровне карьерной лестницы.

Я посмотрел на её наивное, открытое лицо. «Опыта мало?» — эхом отозвалось в моём сознании.

Опыта у меня как раз таки было много. Семьсот сорок лет. Ровно семьсот сорок лет, цикл за циклом, я поднимался по строгим иерархическим ступеням к высшему звену Закона. Я пропускал через себя массивы данных, разрешал конфликты беспрецедентного масштаба и оперировал правовыми концепциями, от которых мозг человека перегорел бы, не справившись с нагрузкой. Моя квалификация была абсолютной.

Но вслух я, разумеется, озвучил совершенно иную, социально приемлемую версию:

— Опыта мне хватает. Просто получение этого статуса требует времени на соблюдение бюрократических ритуалов и формальную сдачу того самого экзамена. Так что юридически я пока нахожусь в процессе. Но, поверь мне, для того, чтобы развалить хитрые схемы нашего председателя ТСЖ, текущей квалификации хватит с огромным запасом.

Света понимающе кивнула, явно удовлетворённая моим ответом.

— А с папой? — она впервые за всё то время, пока находилась в моей квартире, робко заговорила об отце.

Её голос предательски дрогнул, а над головой снова тревожно замерцало системное сообщение:

[ ВНИМАНИЕ: УГРОЗА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ТРАВМЫ ] .

Разнести в пух и прах зарвавшийся элитный салон красоты или пустить ко дну коррумпированное ТСЖ было просто. Но вот сложная, иррациональная архитектура отношений отцов и детей на этой планете пока оставалась для меня абсолютной, непостижимой тайной. В этих уравнениях было слишком много неизвестных переменных.

Мне нужно было ответить максимально уклончиво, чтобы не давать ложных гарантий, но при этом достаточно обнадёживающе, чтобы погасить пульсирующую угрозу её психике.

— Я помню о нашем договоре, — сказал я, стараясь, вложить в свой голос максимум спокойствия и надёжности. — Завтра с утра я поеду к твоему отцу. Я не могу заранее предсказать его поведение или то, что именно я там услышу. Но без защиты я тебя не оставлю. Всё будет хорошо.

— Потому что вы мой дядя?

— Не просто дядя, а дядя юрист.

Моя формулировка сработала: тревожная красная надпись над её головой мигнула и медленно растворилась в воздухе. Света слабо, но с искренней благодарностью улыбнулась.

— Спасибо… И спокойной ночи, дядя Илья.

— Спокойной ночи, Света.

Дверь за девочкой тихо закрылась, отрезая меня от коридора. А я остался сидеть в тишине, глядя на разложенные бумаги, и внезапно осознал пугающий факт. Впервые за все свои семьсот сорок лет я дал обещание, успешное выполнение которого не мог гарантировать.