Книга Я есть Закон! Том 3, страница 97 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

Ирина добежала до крытого катка. Он был в дальнем крыле, за зоной фудкорта, отгороженный высокими стеклянными бортиками. На льду шла разминка, мальчишки в хоккейной форме наматывали круги, кто-то из тренеров свистел в свисток, у скамеек за бортиком ещё несколько пацанов шнуровали коньки. Ирина прижалась к стеклянному борту и лихорадочно начала высматривать Клима.

Шлемы, номера, спины в хоккейных свитерах. Один, второй, третий. Клима среди них не было. Обезумевшая мать перебегала от одной секции стёкла к другой, вглядываясь. Но сына не было. А телефон его не отвечал.

И тут Ирина закричала:

— Помогите! Моего ребёнка украли!

Крик был такой, что у меня заложило уши. Музыка на катке, бодренький поп-хит из динамиков, показалась тихим фоновым шумом. Ирина кричала так, что её, наверное, услышали на парковке.

Толпа среагировала мгновенно. Люди останавливались, доставали телефоны, начинали снимать. А со стороны фудкорта уже бежали трое охранников торгового центра в чёрной форме, здоровые ребята, профессиональные и решительные.

Маньков поднял руки, демонстрируя миролюбие, и попытался сделать шаг к Ирине.

— Ирина, да послушайте же…

— Держите их! — завизжала она, ткнув в нас дрожащим пальцем. — Держите их, чтобы они не убежали! Они похитили моего сына! Я их знаю! Они следили за нами! Маньяки!

Охранники долго не думали. И правильно, между нами говоря. У них перед глазами была рыдающая мать, которая орёт про похищение ребёнка, и два подозрительных типа, один из которых в синяках и ссадинах. Решение очевидное.

Двое здоровяков подскочили к Манькову и заломили ему руки за спину. Третий развернул меня лицом к стеклянному борту катка и прижал так, что моя щека впечаталась в холодное стекло. Сквозь стекло, прямо перед моим расплющенным носом, катались мальчишки в хоккейной форме и ничего не подозревали. Нормальный вечер пятницы. Один пацан даже посмотрел на меня с интересом и помахал клюшкой.

— Ребята, вы превышаете полномочия! — прохрипел Маньков, пытаясь вывернуться, но получалось плохо, ребята были тренированные. — Мы юристы!

— Ага, расскажешь следователю, юрист! — рявкнул охранник, сжимая его крепче. — Полицию вызывайте!

И началось.

Полиция подоспела минуты через три — двое патрульных, дежуривших на территории торгового центра. Они подошли быстрым шагом, один молодой, второй постарше, оба при исполнении и не расположенные к шуткам. К этому моменту вокруг нас уже собралась плотная толпа зевак. Штук пятнадцать телефонов снимали происходящее с разных ракурсов. Какой-то подросток комментировал для стрима. Мать с ребёнком на руках возмущённо качала головой. Охранники зачем-то запрашивали ещё подкрепление по рации.

И все орали одновременно. Маньков требовал немедленно его отпустить и грозил статьями УК. Ирина рыдала, показывала на нас пальцем, повторяла про похищение и требовала расстрела на месте. Полицейские требовали документы и тишину и не получали ни того ни другого. А я, прижатый к стеклу, пытался объяснить ситуацию, ссылаясь на нормы уголовно-процессуального кодекса.

Меня, разумеется, никто не слушал. Впрочем, я бы тоже себя не слушал. Мужик с разбитой рожей и расплющенным о стекло носом, цитирующий УПК, выглядит не очень убедительно.

И тут в самый разгар этого бедлама, когда старший полицейский уже достал наручники и примерялся, на кого первого их надеть, толпа зевак расступилась, и к нам подошёл… Клим.