Книга Предречение, страница 142 – Артем Барабашкин

«Не простая со мной чародейка, очень непростая, – подумал Корнелио, рассматривая лицо Фелиции, – страшно становиться от ее силы. Управление временем нарушает саму природу Эпангелиаса. Нарушает законы Экхалора. Что я делаю? Её нужно сдать Инквизиции. Я понесу наказание, сгорю вместе с ней на одном костре, но Эпангелиас больше не столкнется с этой извращенной силой». Охотник вцепился в свои волосы. Голова кружилась, это было последствие то ли магии, то ли мук выбора.

«Она не просто замедлила время, она спасла тебе жизнь. – Охотник посмотрел на бледную девушку. – Смог бы ты выбраться из той часовни с болтом в груди? Вдруг Экхалор дает тебе шанс спастись, чтобы рассказать об этой мерзкой секте?»

Веки Фелиции задрожали. Охотник подбежал к ней. Магичка, опираясь на его руку, села, её карие глаза сменили цвет на ярко-оранжевый с узким зрачком. Фелиция, не узнавая, смотрела на Корнелио, в ее руке вспыхнул магический огонь.

— Нет, Фелиция, – Корнелио отошел на два шага, достал медальон, начал шептать молитвы. Его окутала едва заметная мерцающая дымка, когда магичка тяжело поднялась и прохрипела:

— Корнелио, я… узнала тебя… просто… – она покачнулась.

— Что с твоими глазами? – охотник крепко сжимал холодный медальон.

— Это последствия очень сложной магии, они пройдут… через некоторое время, – магичка говорила уже более уверенно и стояла прямо. Огонь в ее руке погас. Корнелио опустил медальон, защитная дымка исчезла.

— Нам нужно выбираться из города, – Корнелио старался не всматриваться в демонические глаза. «Не зря в монастыре говорили, что любая магия от Роадранера» – мелькнуло у него в мыслях.

— Это точно, – хрипота в голосе Фелиции пропадала. – Только ворота могут быть опасны, учитывая, сколько людей втянуты в эту ересь.

— В Чермолане должны быть еще одни ворота. Я сейчас отправлюсь в собор, мне нужно поговорить с высшим клириком Инквизиции. Если она тоже, конечно, не матриит. Тебе нельзя появляться в городе, твои глаза могут привлечь, кхм, ненужное внимание. Оставайся здесь, я постараюсь все разведать и вернуться сюда. Если не приду через три часа, постарайся либо найти ворота, либо перелезть через эту стену.

— Скорее я пойду искать тебя, – слабо улыбнулась Фелиция. На ее бледных щеках вновь заиграли ямочки.

— Не вздумай.

Охотник шел по улицам, держась за рукоять меча, то и дело, готовясь перейти на бег. Он потратил полчаса на то, чтобы выбраться из лабиринта улиц на главную площадь, но никто не попытался остановить человека в плаще с капюшоном. Нищие исчезли. «Еретики ли они были? Или просто что-то знали?»

В соборе было темно и пусто. Тянуло сквозняком. Охотник быстро поднялся в Инклириум. Клирик ничего ему не сказала, расстроено рассматривая что-то в окно.

— Вы знаете, что происходит в городе? – спросил охотник. Он уже знал каким будет ответ. Гнев медленно начал закипать в нем.

— Да, – тихо ответила она.

— Почему здесь до сих пор нет инквизиции?

— Все гораздо хуже, чем ты думаешь, охотник. Епископ не уехал в Аналипсиос, он среди матриитов в часовне. Сегодня у них большой праздник и он руководит ритуалом.

— Епископ? – не веря своим ушам, переспросил Корнелио.

— Они не дадут тебе выехать из города. Большая часть горожан уже обращена.

— Но как это возможно. Как такое прошло мимо вас?