Книга Церковь Таможенного Союза, страница 183 – Юлия Зонис

Эрмин рядом со мной взвизгнула и пришпорила свою кобылку, явно пытаясь поравняться с Варгасом. Сокол над ней вновь пронзительно закричал.

— Стой! – заорал я – и вслух, и мысленно.

Эрмин налетела на меня, ее кобыла почти грудь в грудь столкнулась с Невзрачным. Яростно блеснули в закатном свете глаза лошади и всадницы, опять поднялась пыль. Пахнуло конским и человеческим потом. Лицо Эрмин было перекошено.

— Томас, отдай пистолет!

Я чуть не расхохотался и натянул повод.

— Собираешься стрелять в этого великана? Опомнись, он размером с дом.

— Отдай!

Я все еще не был уверен, что это не какая-то шутка местной перспективы или игра текущего над степью разогретого воздуха. Однако всадник приближался. Теперь он казался меньше ростом, но все же был огромен, раза в три выше Варгаса, и конь его, снежно-белый скакун с красной гривой, был намного больше полосатого. От головы и плеч всадника, от его плаща исходило багрово-алое сияние. Варгас явно пытался обойти его по дуге и приблизиться к горам, но не тут-то было – всадник его обгонял.

— Кажется, нашему приятелю понадобится помощь, – выдохнул я.

Я сам не был уверен, что на мистического конника подействуют пули или лазерный разряд, но судя по тому, как он приподнял и наставил копье, Андрея не ждало ничего хорошего. Я развернул Невзрачного, намереваясь скакать к Варгасу, и тут случилось несколько вещей одновременно – Эрмин перехватила мой повод и так дернула, что я чуть не вылетел из седла, Варгас выхватил из ножен черный меч, а над степью и горами прогремел голос. Он звучал и в воздухе, и у меня в голове, он гудел и давил на перепонки, как удар колокола – нет, как будто я забрался внутрь медного колокола, а кто-то снаружи лупил по нему железкой. Я вскрикнул, выпустил повод и зажал уши, будучи твердо уверенным, что сейчас из них брызнет кровь.

Голос говорил на чужом языке, и все же я понимал его так ясно, будто он выражался на чистейшем уэссекском диалекте, на той форме староанглийского, которую пытались вдолбить в меня и отец, и дед.

“Чигиру, ступай прочь, я не дам тебе пересечь черту. Тебе не обрушить стены между мирами и не впустить зло в мои владения”.

Я тряхнул головой, пытаясь вытрясти из ушей этот грохот. Мир после слов гиганта как будто онемел и застыл, или, может, меня контузило, и я временно потерял слух. В звенящей тишине и как будто со стороны я увидел, как Эрмин отпрянула от меня, все так же скалясь, но теперь сжимая в руке пистолет, который вытащила у меня из-за пояса. Я, кажется, заорал, но не услышал собственного крика. Она вогнала пятки в бока бедной Рыжей и стрелой понеслась вперед, туда, где Варгас замедлил ход своего идала. Конник, обогнавший его, разворачивался. Вся степь, плоская как стол, лежала сейчас перед ними полем для поединка. Всадник все так же сиял, плащ за его плечами горел ярче заката – или это и был закат, сдернутый с неба? Гигант опустил копье, и наконечник его смотрел теперь прямо на Варгаса.

Мысли в моей голове, помнится, неслись очень быстро. Я успел подумать, что если попытаюсь догнать их, то загоню Невзрачного, и что безумием было лезть сюда без проводника, и что Варгаса опять приняли за кого-то другого (что значит “чигиру”?), и что, конечно, меч не поможет ему в схватке против великана, и Андрей неизбежно погибнет, потому что противник его не был человеком.