Книга Железный Аспид. Война, страница 37 – Н. Мар

Он метнулся к шлюпке, чтобы помочь неуклюжему гамарусцу пристегнуться. Вокруг мигали аварийные огни, нервируя хвостатых сверх меры, и те впадали в ступор от страха. Джур сплюнул на пол.

— Но… рррр!.. эххх!..

— Вот. Ты и на переговорах звучал неубедительно.

В моменты крайней опасности поведение Эйдена становилось невыносимо железобетонным. Андроид пропустил вперед спешащих к верхней палубе офицеров и теперь со скоростью света программировал шлюпки на вылет. Герцог боролся с предсмертными воплями системы жизнеобеспечения:

— Я все понимаю, Эйден, но это просто очередная твоя попытка самоубийства. Это все Гервин…

— Не трогай Гервина.

— … старый дурак вечно тобой недоволен, вот ты и лезешь из кожи вон, чтоб он прозрел, наконец!

Мимо промчались еще люди, на бегу запрыгивая в скафандры. Кислород медленно, но верно утекал в космос.

— Разгерметизация сорок процентов, адмирал Эммерхейс! — бросил молоденький энсин. Андроид машинально кивнул и вернулся к разговору.

— Простая арифметика, Джур: если я сяду там с гамарусцами, погибнут все двенадцать. Если со своей командой — не больше восьми.

— Шутишь?

— Не совсем, но суть ты уловил.

Оба уже дышали с трудом, и все же герцог не оставлял попыток вразумить друга.

— Я сяду с этими, я сяду с теми… — передразнил он и ткнул пальцем в андроида. — На кой тебе самому-то туда лезть? Ты ведь и в открытом космосе можешь переждать эти сутки. Уйдешь в анабиоз и…

— На твоих способностях к рассуждению, видимо, сказывается гипоксия. Ты подумал, как они будут приземляться без сознания? У нас не работает ни одна биосистема и расплавились планетарные двигатели. Через полчаса мне придется сажать восемь овощей.

— Я пытаюсь донести до твоей дурной башки, что иногда просто необходимо кем-то жертвовать. Есть ситуации, когда невозможно спасти всех! — По напряженному лицу и спине герцога струился пот, глаза слезились. — Ты меня слушаешь вообще⁈

Эйден окатил друга холодным взглядом, к которому тот так и не привык за два с лишним столетия.

— Я. Тебя. Слышу. Джур, у нас с тобой диаметрально противоположный взгляд на то, кого надо спасать. В первую очередь я забочусь о гражданских. И уже потом — о тех восьмерых, кому повезет не хлебнуть сполна той судьбы, которую они выбрали себе. Сами выбрали.

Джур почувствовал, что сдается перед такими аргументами. В самом деле, куда ему до логики квантового мозга. За последние сто лет герцог и сам был под завязку напичкан синтетикой, но в душе остался человеком. С теми же страхами и прежними слабостями. И хотя ему недоставало той силы воли, что восхищала его в Эммерхейсе, он не мог не признать сейчас его правоту.

— Постой, а почему восьмерых, ты сказал? — уже совсем вяло спросил он.- А себя ты в расчет не берешь?

— Я не имею значения.

— Чего, мля⁈ Решил в робота поиграть?

— Тем более весь этот полет через зону боевых действий — полностью моя вина. Всё, Джур, ты уже синий весь, бегом в капсулу.

Герцог собирался лететь в шлюпке, предназначенной для кислорода. Лишний газ был не нужен тем, кто готовился ожидать корабля союзников в космосе, и команда Эйдена перенесла все запасы на флагман, чтобы использовать его на Золларе. Таким образом, в маленькой шлюпке хватило места еще для двух гамарусцев. Джур побрел к капсуле, но на середине пути вдруг схватился за скафандр.