Книга Железный Аспид. Мир, страница 121 – Н. Мар

Второй непосильной задачей стало знакомство с Саминой. Ри, прежде вплывающей в покои любого без объявления войны, приказано было постучаться и ждать. И ждать! Девушка распахнула клинкет в одной майке. Недопитый пузырек с кофе болтался у плеча, но отскочил, когда она приветливо рявкнула:

— Вы кто?

Гостья оттерла хозяйку и прошла в каюту, цедя на ходу:

— Я — личный цифровой ассистент Его Величества Императора Эйдена Первого риз…

— У Вас на плече жвачка.

Ассистентка запнулась, испустила нечеловеческий стон и провернула голову назад, как сова. Тотчас испарилась, и белый жеваный комочек упал на пол вместе с платьем. Спустя миг она возникла снова, подобрала платье и присела в книксене:

— В общем, я Ри.

— В общем, ты бодришь лучше кофеина.

Сочетать в одном наряде блеск светского раута и траурную сдержанность оказалось третьей непосильной задачей. Ассистентка суетилась вокруг, то и дело вытягивая одну складку за другой, пока не превратила мини в макси с претенциозным шлейфом. Но чем длиннее становилось платье, тем больше походило на саван.

— Может, вот так? — Самина опустила вырез. По большому счету, ей было все равно, она лишь хотела скорее избавиться от ехидны.

— Какая пошлость. Для такой модели нужна грудь пышнее, а так видны только углы ключиц.

Ри закрыла вырез спереди, а сзади махнула его до крестца. Отбежала, критически взглянула издали и…

— Все равно не то!

— По мне, довольно мило. Незатейливо, но симпатично.

— Мило? Незатейливо и симпатично? Выкиньте это из вокабуляра! Его Величество приемлет или роскошь, или концепт. И если Вас нельзя усыпать алмазами, на худой конец нужна какая-то идея.

— Ри, у нас война! Ни мне, ни Эйдену сейчас не до пустяков.

— Его Величество сказали, цитирую: чтоб когда мир погаснет и только искры из глаз осветят мне путь в бездну, я бы вспоминал только этот образ.

— Н-да.

Самина капитулировала, подняв ладони, и Ри стала плиссировать ей лиф и юбку.

— У каждого политика свой индивидуальный стиль красноречия, — пояснительно бормотала она. — Эйден силен в метафорах, а Джур — мастер повторений.

— Повторений?

— Повторений.

Когда глубокие складки были готовы и уложены, Ри принялась колдовать с каждой в отдельности — еще раз.

— Внутри автосверкаль с захватом движений. Я гений.

— Что?

— Пройдитесь.

Самина неуверенно шагнула вперед, назад и покрутилась. При малейшем движении из складок выглядывали звезды, миг — и снова гасли, скрытые тканью. Чем быстрее и шире ступала девушка, тем ярче разгорались галактики, чтобы спустя шаг исчезнуть в темноте и оживить соседние. Если замереть, платье становилось чернее пантеры, но даже глубокий вздох будил сияние.

— Ты и правда ге…

— Белье! — перебила Ри.

— Что белье?

— Наводит помехи, видите? Снимайте его. Ничего. Цифра плотная, снимайте, снимайте!

Самина опешила, но вспомнила, как помехи оставили даму на охоте вовсе без платья, и послушно скинула лишнее. Стало как-то не по себе. В зеркале она была упакована в черный футляр, но остальные органы чувств так и шептали: «а королева-то голая!»

Ри цокнула:

— Волосы никуда не годятся.

Самина и без нее знала, что из косой пакли грязно-белого цвета (каштан смывался потихоньку) ничего толкового не выйдет. И все же со стороны это звучало дерзко. Поэтому в ответ на новый стук девушка продребезжала: