Онлайн книга «Либелломания: Зимара»
|
Результаты: А — отменить, пусть ходят где хотят — 13 % Б — отменить для детей и благонадёжных — 25 % В — оставить только супертокены в особо охраняемых зонах — 45 % Г — оставить всё как есть — 17 % Итоги соцопросов редакция передаёт в сейм. Нам важно ваше мнение! * * * Панорамные окна веранды выходили в сад, заваленный каменистыми горками. На угловатом известняке густо нахохлился мох, а над ним заиндевели мелкие цветы и леденело разнотравье. По лентам дорожек — нарочито кривых, с неровным, мощённым вручную ветвлением — торчали пучки вспышной люминоки. Уже погасшей на зиму. Сад разбили едва ли пару лет назад, но он казался древним, диковатым и чарующим. Каменистые клумбы громоздились тем выше, чем ближе сад примыкал к настоящему предгорью. Территория виллы «Мелисса» раскинулась вплотную к горе Оонопида. Иллюзия уютной старины обошлась владельцу в сотни тысяч зерпий. В эту минуту хозяин виллы впервые лет за сто принимал непрошеных гостей. На самом деле абсолютно все его гости были из этой категории, но обыкновенно их выдворяли взашей на полуслове. В этот раз Нулис Иземберд распорядился даже подать ботулатте, и экономка так растерялась, что первый раз в жизни переспросила хозяина. Нет, он имел в виду то, что сказал. Высокий, с длинной гривой перламутровых волос, перетянутых у лопаток серебряными зажимами и заправленных за портупею на поясе, в охотничьей твидовой тройке и горных башмаках на тракторных подошвах, он одним взглядом студил гемолимфу в жилах гостьи. Нулис только что зашёл с террасы на веранду и обстукивал заснеженные ботинки прямо о панорамное стекло. Глядя на минори Нулиса Иземберда, Альда Хокс никогда бы не подумала о родстве с Бритцами. Уж скорее со львами, которых она видела на Бране. Грубоватые брови, хищный угловатый нос, крупные зубы, которыми можно было перекусить шею. Ни чуткой обходительности Кайнорта, ни мягкости Верманда, ни даже безупречного вкуса их матери, которой Нулис приходился родным братом. Альда понюхала ботулатте и выдавила: — Когда я сказала, что хочу передать племянника в надёжные руки, я совсем не это имела в виду. Нулис оставил это без комментариев. Его взгляд был прикован к женщине в саду за окном. Худая брюнетка в чёрном полупальто присела, проявив чудеса элегантности в узком футляре юбки, и показывала девочке пишпелию, которая вот-вот собиралась лопнуть и выбросить рыбку в ручей. Мальчик неподалёку штурмовал мшистую горку. Шчера в саду была хороша, как армалюкс в парадной кобуре. В разрезе юбки над сапфировой шпилькой показалась напряжённая скульптура икроножной мышцы, один вид которой раздражал Альду. — И вы так это оставите? Позволите им видеться? На мой взгляд, такое пятно на происхождении протагона Юфи и такой круг общения для триагона Миаша — это… пффф, — фыркнула она. — Ты когда-нибудь держала псарню? Грубый вопрос, заданный резким тоном, огорошил Хокс. Она не ожидала такого перескока. — Нет, боже упаси. — Я держу. Все дворняги: генный винегрет, хромосомная палитра, — похвастался Нулис. — Эти чистокровные гончие, которых отбирают по триколору на ушах и форме крючка на хвосте — тупые и дохлые. Выставочные шавки с никудышными нервами. Увешаны медалями, а не возьмут след, даже если дичь им на нос нассыт! А мои звери хитроумны, здоровы. И ласковы, — с неожиданной теплотой добавил минори Иземберд. — Потому что мне всё равно, какой ширины у них пятно на заднице. Я смотрю, каковы они с изнанки. Если ровный кобель обхаживает ровную суку, совет им да любовь. А отбор по родословной — это путь в никуда. Чем чище кровь, тем она жиже. Верь мне, я патологоанатом. |