Онлайн книга «Либелломания: Зимара»
|
— Успокойся. — Так успокой меня! Скажи, что ты не поднимешься в парадный зал ради того, чтобы кататься там по полу от боли! — Я владел миллионом рабов, Деус. У них я научился терпеть и притворяться. И сладко засыпать там, где упал. Под мерное тарахтение бура и стоны Нахеля он покачивался на волнах, и это море было целиком из крови. * * * Я провела ночь в рекреации Загородного Палисада. Впервые за долгое время в одиночестве. Покой и прохладная тишина напомнили те полчаса, которые мне дал когда-то Ёрль Ёж перед почётной казнью. Альда Хокс, повидавшая ад, и даже не один, боялась одна играть против Зимары. Хотелось бы знать, что же такое потрясающе ужасное ждало меня за стенами Френа-Маньяны? Я откинула плотные шторы, оберегавшие сны сумасшедших от полярного дня. Заиндевелые узоры покрывали стёкла. Нет, я должна увидеть. Ручка поддалась легко, и порыв стужи в первый миг отшвырнул меня назад. Бесцеремонный вихрь облетел рекреацию, крупные снежинки собрались в белое щупальце, и эта лапища, хлестнув постель и звякнув светильниками, вырвалась наружу. Эти окна незачем было запирать: они глядели прямо в обрыв. От высоты обледенелых стен кружило голову. В небе носились медузы. Они танцевали в холодном небе, на солнце, свет которого не грел, но морозил, и воздух блестел, искрился. Одна медуза повернула в сторону Френа-Маньяны, и я поспешила захлопнуть окно. В комнату влетел только кончик её снежного щупальца и, кувыркнувшись под потолком, ударился о зеркало и рассыпался. На зеркале остался ледяной узор. Как на окне. Как на моей спине. «Осторожно, метеоспруты!» — предостерегала надпись на подоконнике. Я задрапировала окно поплотнее, развернула кресло высокой спинкой к выходу, забралась в него с ногами и свернулась калачиком. * * * На другой день поперёк старых шрамов краснели следы от пижамного рукава. Я обнаружила душевую. Но вода имела два режима, ледяной и прохладный. Диастимагия во мне бесновалась, и я схватилась за ошейник в попытке хоть на миллиметр оторвать его от кожи и согреть струи. Но не получилось. Снаружи мою шкурку обдало чуть тёплым воздухом. Вместо полотенец на меня с полки напали дегидровелы. Они забирались в волосы, дёргали их и рвали, цепляясь воздушными лапками. Оконце в ванной было затянуто чёрной глянцевой плёнкой. Я увидела себя в ней, как в нефтяном пятне. Под глазами висели чёрные мешки. К мешкам цвет в цвет пришлись синяки на плечах. В рекреацию, качнув торшер у двери, вломилась Альда Хокс. Её визиты нельзя было назвать иначе как вторжением, куда бы она ни являлась, в чужие миры или на свидание. Она бросила на кресло пышный ком, который я приняла за серый пуховик. — Одевайся, я представлю тебя Рейне Ктырю. Главе «Закрытого клуба для тех, кто». — Я знаю, кто он. — При нём не советую хвалиться, что знаешь что-нибудь кроме азбуки и арифметики. Пуховая куртка оказалась платьем. Весьма… зимним платьем. На плечах разлёгся песцовый капюшон, но спина под ним была открыта от шеи до талии. Строгое спереди, платье было пошито из стёганого кашемира, набитого пухом и очень тяжёлого. Когда я облачилась, Альда вручила мне муфту. По её щелчку мы вышли в коридор. Только спустя два или три поворота я заметила, что следом крадётся бдительный Стрём, канизоид Полосатой Стервы. Холлы всё сильнее походили на маленькие городские площади, потолки с каждым пролётом становились выше, а воздух холоднее. Кое-где даже намело снегу, он лежал по углам миниатюрными сугробами. Отражения в колоннах напоминали призраков. Я надвинула капюшон на лоб и поняла, отчего те вечно выли. От такого холода взвоешь. Встав перед двойной белой дверью, полотно которой уходило под потолок, Хокс резко развернулась: |