Книга Готика. Становление, страница 237 – Семён Нестеров

Барон усмехнулся:

— Тебя послушать, так всё легче простого. Но что делать с недовольными? Мои люди жаждут крови этих убийц, подло грабящих наши конвои.

— Скатти недавно приходил с похожим предложением, – заметил Бартолло, – похоже, народ в лагере будет рад такому зрелищу.

— Пусть все недовольные поучаствуют в боях, если у них хватит духу, – заключил я.

— Я порву их! – неожиданно выступил Шрам, в подтверждение своих слов оторвав зубами здоровенный кусок мяса от жареной бараньей ноги.

— Похоже, у нас уже есть первый гладиатор! – улыбнулся Гомез.

В целом, идея Диего о боях на арене нашла понимание у истосковавшихся по развлечениям баронов. Единственный, кто был недоволен – это Ворон. Не знаю, было ли это вызвано тем, что он враждебно воспринимал все мои предложения, или же у него были другие причины, но в этот раз ему всё равно не удалось убедить Гомеза в своей правоте. Если предварительные переговоры пройдут успешно, то на турнире магам огня и воды предстояло выступить гарантами безопасности. Детали оставались пока не ясны и требовали обсуждения и согласований, но главное, фундамент для будущего перемирия был заложен.

На следующий день после визита к барону я получил от Бартолло сопроводительное письмо для посещения шахты. Для пущей значимости он поставил на него гербовую печать, по-видимому, хранящуюся в замке с незапамятных времён, потому как я понятия не имел, чей герб был на ней изображён. Не знаю, умели ли стражники на входе читать, и могли ли отличить настоящее письмо от фальшивки, но эта бумажка в любом случае была неплохим аргументов в возможных спорах.

Для того, чтобы свести возможные проблемы к нулю, я отправился в шахту с очередным конвоем, ведущим новую смену рудокопов. Единственное, что омрачало мой план – то, что командиром отряда оказался Буллит – тот стражник, который избивал новоприбывших каторжан. Мне была крайне неприятна такая компания, а его речь настолько изобиловала нецензурными словами, что наводила на мысли о сточной канаве. Чтобы не быть вовлечённым в такую «беседу», я шёл в самом хвосте конвоя. Сзади тащились лишь двое стражников, прикрывавших тыл.

Я с любопытством осматривал окрестности. Конечно, ничего нового вокруг не появилось, по этой дороге я ходил раньше много раз, но теперь мир выглядел как будто бы иначе. Простые деревья и травинки заиграли новыми красками, я мог смотреть, словно сквозь них и, казалось, за простой зеленью видеть суть – энергетические потоки, соединяющие всё живое с мирозданием. Теперь моя детская мечта осуществилась, я был одним из могущественных магов, которым подвластны силы природы, моё внутреннее зрение становилось чётче день ото дня, и я начинал видеть то, что другие попросту не замечали, даже глядя в упор. Я задумался о прошлом и будущем, о том, как загадочно переплетаются нити судьбы…

За этими возвышенными мыслями, я совершенно случайно обратил внимание, что один из рудокопов постепенно отстаёт от своих спутников, проталкиваясь всё ближе и ближе к замыкающей части конвоя. Быть может, он болен или истощён – решил я и стал изучающе поглядывать на него время от времени. В конце концов, каторжанин оказался совсем близко от меня, но никаких признаков усталости в нём не обнаруживалось. Выглядел он здоровым и полным сил, лишь излишняя резкость чувствовалось во всех его движениях, то и дело он нервно оглядывался по сторонам, будто специально при этом стараясь не пересекаться со мной взглядом.