Книга Готика. Становление, страница 240 – Семён Нестеров

Конвой достиг шахты без новых происшествий. По правде говоря, так бывало почти всегда. Дикие звери не решались приближаться к организованному отряду, прячась глубоко в лесу, а бандитам не было смысла грабить скребков, плетущихся в рудники. Гораздо привлекательнее были другие конвои, сопровождающие грузы руды или припасов.

Как я и ожидал, на входе в шахту сопроводительное письмо не понадобилось – хватило заверения Буллита, что у мага тут дела, одобренные бароном. Я сам ещё не так давно был одним из стражников Гомеза, но из-за моей необщительности далеко не все из них знали меня. Даже о делах магов мало кто из рядовой стражи имел представление – это была не их область ответственности и интересов. То, что у служителей Инноса недавно появился новый ученик, как ни странно, прошло для большинства незамеченным. Для многих я был очередным святошей и красноризцем, знающим толк только в чтении пыльных фолиантов. Знали моё происхождение только те, с кем я непосредственно сталкивался на дежурствах или при решении других вопросов. Конечно, слухи ходили, что один из каторжан стал магом, но слухам в колонии нельзя было доверять и большинство приняло это за очередную байку.

В штольнях я увидел стражника, который будучи раненным встречал отряд Ворона во время нападения ползунов. Он, похоже, совершенно не узнал меня. Как показывала практика, моя красная мантия бросалась в глаза гораздо сильнее, чем лицо, и некоторые даже в упор не распознавали во мне того парня, которого все когда-то звали «лучником». Мне такое положение было на руку, потому что делало людей сговорчивее и вежливее. Те, кто подобно Буллиту, знали, кто я такой, вели себя менее уважительно и позволяли себе больше, чем положено в разговоре с магом. Я не мог ничего с этим поделать, не спровоцировав бессмысленного конфликта, поэтому оставалось лишь терпеть, если наглецы не заходят слишком далеко в своей непочтительности.

Первым делом мне предстояло отправиться к Яну. Буллит отчитался перед начальником шахты о приходе новой смены рудокопов, не упомянув сперва о покушении на мою жизнь, однако внимательный Ян заметил, что не хватает одного каторжника, и Буллиту пришлось обо всём рассказать.

— Очень интересно… – погладил свой гладко выбритый подбородок беспрекословный лидер Старой шахты, – можешь пока идти, Булл. Что же привело сюда мага огня? – обратился он уже ко мне.

Без лишних слов я протянул скреплённое гербовой печатью письмо. Ян осмотрел его и, чему-то улыбнувшись, распечатал послание.

— Очень хорошо, – заключил он после минутного чтения. Не знаю, что там можно было столько высматривать, по-моему, Бартолло накалякал всего несколько строк.

— Гомез смиренно просит оказать прибывшему магу всяческое содействие, – усмехнулся начальник рудника. – Что ж, я в состоянии проявить такую милость.

Я не знал, как реагировать на слова Яна. То ли это был своеобразный юмор, то ли он по правде совсем ни во что не ставил рудного барона. Скорее первое, иначе бы он никогда не продержался на своём посту столько лет. Поговаривали, что они с Гомезом старые друзья, и были хорошо знакомы ещё до колонии.

— Что же ты собираешься здесь делать? – вгляделся он в меня внимательно и, не дав мне ответить, продолжил, – сдаётся мне, что я тебя раньше видел. Да… И возраст подходит, и описание. Значит, ты Мильтен – без году неделя маг огня.