Маг – хранитель Слова – страница 1 | Владислав Русанов, Вячеслав Теркулов

Книга Маг – хранитель Слова, страница 1 – Владислав Русанов, Вячеслав Теркулов

Онлайн книга «Маг – хранитель Слова»

📃 Cтраница 1

Иллюстрация к книге — Маг – хранитель Слова [book-illustration-1.webp]

Иллюстрация к книге — Маг – хранитель Слова [book-illustration-2.webp]

Мой странный мир сплетают словеса

По повелению одной прекрасной дамы:

Мы с нею познакомились у храма,

Когда над храмом разлилась гроза.

В преддверьи мая, в томных искушеньях,

Я тоже был готов идти туда,

Где ночью размываются движенья,

Там если любят – любят навсегда.

Она сказала: «Наступает вечер,

Пусть он тобою превратится в вечность,

И пусть она растает на заре».

Всё прекратится, превратившись в слово.

Пусть этот мир вернёт первоосновы

В пустых стихах Ансельма де Турье…

Вячеслав Теркулов

Иллюстрация к книге — Маг – хранитель Слова [book-illustration-3.webp]

Акт первый, разъяснительный

Инкуб-шоу

Когда-то давно здесь был небольшой завод. Что производили? Да кто сейчас вспомнит… Может, табуретки, а может, какую-то деталь для угольного комбайна. Много таких заброшенных зданий оставалось в Донецке. При советской власти здесь вовсю давали продукцию. Не всегда самого лучшего качества, но зато свою, отечественную. Но, неожиданно для себя угодив в капиталистическую эпоху девяностых, местные предприятия начали сдавать позиции, задыхаясь без сырья, не выдерживая конкуренции с дешёвым китайским производством, отдавая часть невеликой прибыли за «крышу» местным бандитам.

Потом они просто закрывались. Что-то было приватизировано, но не ради производства, а ради недвижимости – по большей части из-за земли в черте крупного областного центра. Потом эту недвижимость пытались продать под застройку, сдать в аренду под склады или какие-то новые частные заводики. Например, по сборке пластиковых окон из привозного профиля или изготовление крымских вин в тетрапаках из спирта-ректификата, виноградного сока и вкусовых добавок, идентичных натуральным. Потом и они стремительно схлопывались, убоявшись налоговой инспекции или общества по защите прав потребителей. Директора, не сумевшие отложить денег на банковский счёт, садились на несколько лет в колонию общего режима, а сумевшие – делились нахапанным и уезжали в другую область с новыми документами.

Остовы производственных помещений, лишённые человеческого тепла, торчали по окраинам Донецка, словно немой укор капиталистическому строю. Хозяйственные мужички из соседних посёлков постепенно лишили их стёкол, крепёжных деталей, досок и бруса. Охотники за металлом вначале вырубили кабели – они шли подороже на процветающем рынке вторсырья, а потом уже взялись и за стальные элементы конструкций – уголок, швеллер, двутавр и прочий фигурный профиль. Как говорится, с поганой овцы хоть шерсти клок. А когда овец остригли до блеска, как подбородок пехотного ротмистра в Крымскую кампанию, люди потеряли к бывшим заводам, фабрикам и мастерским всяческий интерес. Даже бомжи не чтили их своим вниманием – неуютно, холодно, в люках теплоцентралей ночевать гораздо комфортнее, да и от основных кормовых баз далеко. Здесь жили только бродячие собаки, нетопыри, голуби и воробьи.

События 2014 года изменило отношение людей к заброшенным строениям. Ополчению Донбасса не хватало сил контролировать всю линию соприкосновения, поэтому диверсионно-разведывательные группы украинских вооружённых формирований проникали в город довольно часто. А где им прятаться? Вот в таких зданиях, от которых остались одни скелеты. После того, как в нескольких корпусах бывших мехмастерских обнаружили схроны – склады патронов, гранат, взрывчатки, обмундирования – ополченцы начали методично проверять остальные. Нашли много чего. Вплоть до миномёта, установленного в тентованный фургончик. Много таких «блуждающих» миномётов ездило в первые годы войны по Донецку и окрестностям.