Книга Слова Королей и Пророков, страница 226 – Шона Лоулес

— Ты все правильно помнишь, маленький мой, – ответила Роунат. – Просто там, где должны быть яркие цвета, у тебя пусто.

Она неспешно подошла к нам с несмелой грустной улыбкой на губах.

— Ты на меня сердишься, – сказала она Броккану. – Я вижу, как гневные мысли кружатся в твоей голове, точно осиный рой вокруг улья. Не скрывай их от меня. Прошу тебя, не надо.

Броккан скованно кивнул.

— Я не хочу на тебя сердиться, но я… не все понимаю.

— Я тоже. Поэтому ты должен отпустить свой гнев. У меня не найдется всех ответов на твои вопросы. Да и у ветра – тоже.

Услышав это, Броккан осторожно улыбнулся:

— Я помню… Все, что я о тебе помню… Ты сказала, что, если я поговорю с ветром, ты меня услышишь.

— Все верно, – просияла Роунат. – Я слышала все секреты, что ты нашептывал ветру, и точно знаю, что некоторым твоим чаяниям суждено сбыться.

— Значит, я стану таким же знаменитым воином, как Мурха?

— И да и нет, – ответила моя сестра. Она потрясла головой, и из ее шевелюры на землю выпал один из цветков. Вздрогнув, она подняла его и протянула мальчику. – Обнимешь меня, сынок? Ты сумеешь меня простить?

Броккан помчался к матери и крепко обхватил ее обеими руками.

— Я так хотела, чтобы ты остался со мной. Я хотела этого больше всего на свете, но судьба распорядилась иначе.

Мальчик заплакал, цепляясь за ее платье.

— Иди ко мне, сестренка, – прошептала Роунат, подзывая меня жестом. – Иди к нам. Пусть три сердца бьются в едином ритме, как однажды ночью много лет назад.

Подбежав к сестре и племяннику, я обвила их руками. Даже после столь долгой разлуки мы остались одной семьей и нас связывала истинная любовь.

Я предоставила Роунат и Броккану возможность побыть наедине и поговорить. Остаток дня я провела за готовкой и стиркой, а потом применила волшебный дар, чтобы овощи на грядках сестры росли большими и здоровыми. Роунат часто забывала про повседневные хлопоты, поэтому ее остров совсем зарос и одичал. Заросли утесника и шиповника подобрались к задней части ее дома и тянулись по стенам. На острове жило немало зайцев, кур и коз, но Роунат выглядела худосочной – не из-за того, что ей не хватало еды, а потому, что ее голову занимали иные мысли.

Когда вечер плавно перетек в ночь, Броккан утомился и заснул. Сестра вышла из хижины с красными и влажными глазами.

— Как ты, родная? – спросила я.

— Словно земля, Фоула. Но я счастлива. – Она кивнула и вытерла щеки рукавом платья. – Ты так чудесно воспитала Броккана. У него такое красивое сердце – прямо как у тебя.

— Он рассказал тебе, что случилось?

— Да, и ветер тоже поведал мне эту историю.

Мне не нравилось, когда Роунат заводила разговор о ветре. Пусть он и разносил ее слова, у стихии был и собственный голос, прислушиваться к которому мне не всегда хотелось.

— Завтра сюда прибудет Колмон, – продолжала она. – Ты должна без промедления отправиться с ним на остров Ратлин и помочь ему с обучением Броккана волшебному дару. А еще ты обязана в совершенстве освоить свой собственный. Ты способна на большее – куда, куда большее.

— Теперь и ты заговорила, как Томас, – хмуро выпалила я, не сдержавшись. Он всегда давил на меня и убеждал побороться за кресло Совета, хотя я желала совершенно иного.

— Не грусти, Фоула.

— Я и не грущу.

— Ты не хочешь безвылазно сидеть на том острове, да?