Книга Волк без присмотра, страница 25 – Ливи Лэм

— Как я сказала ранее сержанту Паку, – сквозь зубы произнесла я, не отрывая глаз от листка с соглашением, – если об участии в этом деле станет известно общественности, моя репутация пробьёт дно, на котором она покоится сейчас, и в отличие от репутации полицейского управления уже не поднимется.

— Просто подпиши соглашение, – тихо произнёс Джинхо, и тон его голоса на удивление был мягким.

Я перевела взгляд с него на детектива Ханму, а затем на комиссара. Он напомнил мне ядовитую змею, которая застыла в ожидании, когда добыча сама выйдет к ней навстречу.

Меня переполняло отвращение к господину Кану, и мне хотелось бросить эту папку ему в лицо и выйти из комнаты. Но если бы я это сделала, то мучительное ожидание разоблачения свело бы меня с ума.

Я схватила ручку, лежащую внутри папки, быстро подписала соглашение и протянула его комиссару. Он не пошевелился. Вместо него вперёд подался начальник участка, взял папку из моих рук и передал её господину Кану.

— Благодарим вас за сотрудничество, госпожа Ким. Надеюсь, ваша завтрашняя встреча пройдёт без проблем.

Я на ватных ногах поднялась со своего места и, не оборачиваясь, направилась к выходу.

В тишину проваливаются незаметно. Закрывают глаза и блаженно поддаются её власти. В моей тишине всё было иначе: когда приглушались звуки извне, появлялся другой шум. Казалось, отчётливо слышно, как стучит собственное сердце, как в голове щёлкают тумблеры, меняя одну мысль на другую, гоняя их по кругу. Поэтому сегодня я так и не смогла уснуть. В голове царил такой хаос, что успокоить его представлялось мне невыполнимой задачей. Неприятная встреча в полицейском участке повлияла на меня сильнее, чем я могла предположить. На мгновение в памяти всплывал голос комиссара, и я начинала ворочаться с одного бока на другой, пытаясь таким образом как-то его прогнать из своей головы, но старания были тщетны.

Именно в этом беспокойном порыве меня вновь захлестнули мысли о «Руководстве к убийству». Текст я помнила отлично, практически наизусть, несмотря на то что сейчас работала над совершенно другой книгой. Строчки из моей первой рукописи были выжжены на подкорке, поэтому ночью, пытаясь как-то успокоить свои мысли, я не придумала ничего лучше, чем в заметках на телефоне начать переписывать давно написанное. Не то чтобы я собиралась выкорчевать старое и заменить на новое. Хотелось верить, что если я перескажу свой старый сюжет новыми словами, то отвращение других ко мне испарится.

Взглянув на электронные часы, которые стояли на прикроватной тумбочке, я увидела, что уже шесть часов утра.

Глубоко вздохнув, встала с кровати, отложила телефон в сторону и медленно пошла на кухню, ругая себя за то, что не смогла нормально отдохнуть. Но как только я коснулась дверной ручки, по спине пробежал холодок.

Одна короткая мысль и такое же незначительное ощущение заставили моё сердце биться быстрее. На мгновение, стоя у двери в спальню, я была уверена, что за мной кто-то наблюдает.

Я судорожно принялась вспоминать события прошлого вечера: как вернулась домой совершенно опустошённая, как сразу поплелась в спальню и, быстро стянув одежду, рухнула под одеяло. Но закрыла ли я входную дверь? Воспоминаний об этом не было, лишь крохотная надежда, что такое действие выполняется на автомате и только поэтому в памяти не задерживается.