Книга Высокие ставки, страница 7 – Пайпер Рейн

Я счастлив вернуть удар.

— Продолжай подавать свои шоты виски. — Я вызывающе поднимаю брови.

На этот раз я заткнул его, но только потому, что знакомый низкий голос заговорил по интеркому.

— Я Виктор Пирсон, владелец «Лагеря Высокие сосны».

Вик — член Клуба Одиноких Папочек, и, хотя мы дружим, я никогда не видел его на работе.

— Спасибо всем за то, что присоединились к нам в этом году.

Все дети аплодируют, подняв руки. Лили посмотрела на меня через плечо, и я натягиваю для неё воодушевлённую улыбку.

Её пальцы бегают по браслету из бисера и ниток. Она нервничает.

Вик продолжает рассказывать о том, как он основал этот лагерь семнадцать лет назад, будучи отцом-одиночкой, и как его собственная дочь теперь работает здесь вожатой лагеря. Он извиняется за то, что её сейчас нет рядом, чтобы мы познакомились, и объясняет, что она ушла, чтобы уточнить пару последних деталей, прежде чем отдыхающие разделятся на группы. Несколько других сотрудников выходят на импровизированную сцену. Все они новые вожатые лагеря, все они молоды и, кажется, очень хотели быть здесь. Все они кажутся крутыми, но меня волновал только один новичок. Блондинка с парковки, которую я теперь точно узнал: Катерина Сантора, так как Вик только что представил её.

Значит, она притворяется, что не знает, кто я? Интересно.

* * *

Через полчаса мы с Лили следуем указаниям для группы, к которой приставили Лили.

— Увидимся вечером? — спрашивает Гаррет, пожимая нам руки.

— Ага. — Я провожу пальцами по волосам, помня, что Лили в библиотеке не будет, так как сегодня вечером у меня собрание Клуба Одиноких Папочек.

— Увидимся. — Гаррет поворачивается и следует за Сидни и её сотней друзей в их место для ночлега.

— Теперь не перепутай. У тебя может быть столько же растительности на лице, и ты такой же крупный, как они, но Гризли — не твоя семья, — снова кричит Дейн, смеясь над собственной шуткой.

Гаррет качает головой, и я уверен, что средний палец был бы поднят, если бы вокруг не было так много детей.

— Мне нравится тыкать палкой в великана, — продолжает он шутки о размерах Гаррета.

Он большой, это неопровержимо, но Дэйн ведёт себя так, будто он комик на сцене, и выдаёт невозможное количество шуток про снежного человека, за счёт Гаррета.

Мы подходим к развилке дорог — буквально — я не имею в виду метафорический смысл. Зеленая группа Тоби поворачивает направо, а оранжевая группа Лили поворачивает налево.

— Думаю, здесь мы расстаёмся. — Дейн кладёт руку на сердце. — Позвони мне. — Он изображает грусть, сжимая свою белую футболку, но как только мы оказываемся на расстоянии, его заразительный смех отскакивает от деревьев.

— Дядя Дейн смешной, — говорит Лили, сжимая мою маленькой рукой.

— Да, он такой. — Я соглашаюсь и сжимаю её руку в ответ.

Мы делаем несколько шагов в тишине, и я знаю, что она нервничает, но после первого дня у неё появится масса друзей, и всё будет в порядке.

— Папочка? — она спрашивает.

— Да, — говорю я, продолжая идти по тропинке, окруженной большими землистыми зелеными деревьями, заслоняющими солнечный свет.

— Что, если я никому не понравлюсь?

Понимая, что это будет более тяжелый разговор, чем я ожидал, я останавливаю нас на полпути.

Наклонившись, мой взгляд падает на неё, и я вижу, как она обеспокоена. Интересно, почему она такая не уверенная? Лили всегда стремилась познакомиться с новыми детьми и завести новых друзей. Она никогда не боялась неизвестного, и я уверен, что она унаследовала это от своей мамы. Но это же Лили, всё зависит от меня.