Книга Высокие ставки, страница 4 – Пайпер Рейн

Лагерь «Высокие сосны» — это лагерь для родителей-одиночек. Лили будет заниматься только днём, но для детей, приехавших издалека, в опции входит ночлег. Это был отличный вариант для Лили в этом году, но я к этому не готов. Даже если до лагеря всего пятнадцать минут езды.

Я открываю дверь, чтобы выпустить Лили и окинуть взглядом окружение.

Чёрт, здесь много детей, и я понятия не имею, куда, чёрт возьми, должна пойти Лили.

Моя рука лежит на ручке двери Лили, когда моё внимание привлекает модная спортивная машина. Она красная и блестящая, и выделяется в этом маленьком городке точно так же, как и эта блондинка, склонившаяся над коробкой.

Чёрт, вот это задница. Я меняю позу и удивляюсь, как один взгляд заставил мой член встать впервые за месяц. Даже без помощи Pornhub.

Бухта Предела не сказать, что популярна своими красивыми одинокими женщинами. Конечно нельзя заявлять, что их вовсе нет — они есть, — но все они хотят то, чего я не могу им дать.

Свадьбу. Мои последние серьёзные отношения не сложились после того, как мать Лили решила, что ей интереснее веселиться на свободе, чем быть матерью, и я не хочу снова подвергать опасности сердце моей малышки.

Я не могу оторвать взгляда от длинных ног этой женщины. Или, может быть, от коротких шорт, которые она надела. Она не должна носить эти клочки материи поблизости с местными отцами-одиночками. На нашей следующей встрече будет драка из-за того, кто пригласит на свидание новенькую девушку.

Стук в окно грузовика выводит меня из транса, пока я представлял, как эти длинные ноги обвивают мою шею, и я оглядываюсь и вижу, что плечи Лили поникли, а рот сжат.

— Извини, — говорю я и открываю ей дверь.

Она выпрыгивает из грузовика и обращает внимание туда, куда я смотрел. Я пользуюсь возможностью, чтобы настроиться.

Теперь женщина, слава богу, встала и, оперев коробку о бедро, запирала багажник.

Мой взгляд прошёлся от её ступней, обтянутых кроссовками, вверх по её длинным и загорелым ногам, мимо слишком коротких шорт, заметив, как её синяя футболка с эмблемой лагеря Высоких сосен, обтягивает её грудь и, наконец, останавливается на её лице.

— Дерьмо, — бормочу я.

— Папочка! — Лили подняла руку в воздух. — Доллар!

Мои глаза сосредотачиваются на женщине напротив стоянки, и я готов поспорить на свой дом, что это она.

Катерина Сантора.

Моя клиентка, дочь Билла Санторы. Я не видел её шесть лет. С тех пор, как она подкатывала ко мне. Я вздрагиваю, вспоминая, каким резким был тогда с ней, но она была юна, едва достигла совершеннолетия, и слова «нет» не было в её лексиконе в то время. Тем не менее, я не раз вспоминал с тех пор свои жестокие слова и сожалел о них. Особенно после того, как у меня родилась дочь.

— Папочка, — голос Лили возвращает моё внимание к ней.

Я вытаскиваю бумажник из заднего кармана, нахожу доллар и сую ей в руку.

— Приятно иметь с тобой дело, — говорит она и проскальзывает мимо меня к бордюру. — Пойдём! Я не хочу быть последней.

Мои глаза отказываются отвести взгляд от женщины. Если это Катерина, то теперь она определенно женщина. Улыбка дразнит её губы, когда она проходит мимо малыша и его отца туриста. Сосредоточив взгляд перед собой, она обходит машину и сканирует окрестности. Вот. Ямочка на левой щеке. Это она. Это точно она.