Книга Кровь Десяти, страница 47 – Рия Райд

Корнелия задумалась и прошлась с одного конца ряда до другого. Пристальный взгляд Питера тенью скользил за каждым ее шагом.

— Позволь мне, – неожиданно сказала Корнелия и, подойдя к панели поиска, ввела запрос.

— Я же только что сказал, что искал информацию о Диспенсере и Понтешен… – начал Питер.

— Я услышала и с первого раза, – сообщила Корнелия. – Ты искал информацию о них, а не о том, что искали они сами. В архиве данных должна сохраниться поисковая история всех посетителей.

— Или нет, – медленно заключил Питер, когда она ввела имя Константина Диспенсера, но система не дала никаких результатов по имени. Поисковая история Вениамина Нозерфилда также была пуста. – Но попытка была хорошей.

Корнелия вбила имя Анны Понтешен, и на этот раз система не промолчала. Ей выпал длинный перечень запросов, но ни один не казался хоть сколько-нибудь ценным. Стихи, песенные сборники на древнеарианском, старые сказки – и ничего хотя бы мало-мальски важного.

— Может, есть что-то об экспериментах с кровью? Анатомии? Нет? – уточнил Питер. – А ведь так и не скажешь, что наша герцогиня проводила опыты над людьми.

— Я всегда думала, что Анна была такой же жертвой Константина, как и остальные члены «Нового света». Но запросы у нее и правда странные. Сплошные сказки. – Корнелия ткнула пальцем в длинный перечень. – Ко всему прочему, она собирала информацию о всех днях Десяти. Запрашивала данные фотоархивов за последние несколько десятков лет. Зачем?

По библиотеке пронесся протяжный вой сирены. Корнелия дернулась всем телом, а когда обернулась – Питер уже перехватил ближайшую операционку, требуя объяснений. Вой сирены больно бил по ушам, и Корнелии пришлось подойти ближе, но даже тогда она не разобрала ни слова.

Питер оглянулся через плечо.

— Что происходит? – крикнула Корнелия, когда операционка исчезла за поворотом.

— Войска Вениамина и «Нового света» вошли в четвертое кольцо. Они перекрыли летное пространство в некоторых областях и прямо сейчас атакуют несколько пограничных пунктов Конгресса, – сообщил Питер, приблизившись. – Вениамина интересует Лиделиум. Есть вероятность, что он попробует снова атаковать массовые места, поэтому Конгресс объявил эвакуацию. Нужно уходить.

Корнелия потянулась к поисковой панели. Ей бы хватило минуты, чтобы сохранить запросы Анны, но Питер перехватил ее руку прежде, чем она коснулась сенсора.

— Немедленно! – скомандовал он, потянув за собой.

А потом… потом перед глазами пронеслись эпизоды теракта в Конгрессе, Корнелию накрыла паника, и все началось вновь.

Кристиан знал, что рано или поздно все повторится. Отчаяние, крики, боль, страх, скручивающийся под ребрами, кровь, багровые пятна, которые то и дело мерещились ему повсюду. Он не хотел в это верить, но почему-то не мог избавиться от зудящей тревоги и скверного предчувствия. Все поблекло, как если бы Кристиан существовал на изнанке мира и видел лишь его отражение в зеркале. Он смотрел на живых, и ему мерещилась смерть, ходил под солнцем, но чувствовал холод. Уверен он был лишь в одном: Нозерфилд и «Новый свет» не станут выжидать вечно. Временное затишье означало лишь то, что они готовились к чему-то куда более страшному, чем разрушенный зал Конгресса и сотня трупов. Им был нужен весь Лиделиум, нужен хаос, нужна война, нужно… Что им на самом деле было нужно? Этого Кристиан понять не мог. Чего добивался Нозерфилд, желая уничтожить Конгресс? Чего желали те, кто были ему верны? Что он им обещал?