Книга Пламя Десяти, страница 206 – Рия Райд

Когда мы подошли к входу, у двери мгновенно материализовался незнакомец в белоснежном костюме с рыжими, как медь, короткими волосами и тяжелым квадратным подбородком. Он улыбался, демонстрируя два ряда ровных белоснежных зубов. Глубоко посаженные лазурно-голубые глаза с интересом обращались то ко мне, то к Питеру, пока мы не приблизились к нему вслед за операционкой. Та что-то коротко сообщила хозяину и сразу же скрылась за дверью. Незнакомец приветственно протянул руку Питеру и улыбнулся еще шире.

— Roden pala de fiory quiitelyn nia mass, – он в точности повторил слова операционки. – Меня зовут Лукас Нозерфилд. Вы, должно быть, Питер, сын его сиятельства Роберта Адлерберга. А вы – Мария Понтешен, – добавил он, почтительно кивнув мне.

Лукас выглядел ровесником Питера. За все время, пока мы рассматривали друг друга, в его взгляде не промелькнуло ни настороженности, ни удивления – то ли потому, что даже после усердной работы Кайлы я все еще не была похожа на саму себя и мое сходство с Анной Понтешен казалось не таким очевидным, то ли Лукас просто не придавал этому значения. Хотя кое-что в его глазах меня все же насторожило – как мне показалось, в них не было вообще ничего. Ни удивления, ни страха, ни угрозы, ни тем более радушия, которое парень явно пытался изобразить, но которого не испытывал и в помине. Перед нами словно стояла еще одна операционка или, точнее, ее оживленная, более совершенная версия.

— Мария Эйлер, – осторожно поправила я, подав ему руку после Питера.

— Kaliise fore naima la vins ^[4], как говорили мудрейшие, – заметил Нозерфилд. – Не стоит оправдываться за то, над чем мы не властны.

Питер шепнул мне перевод.

— Именно по этой причине я и не отказываюсь от имени, которое носила всю жизнь.

— Как будет угодно, миледи, – безжизненная улыбка Лукаса стала даже шире. – Тогда прошу, пройдемте со мной, но прежде…

Я уже переступила порог, когда одна его рука уперлась мне в плечо, преграждая путь, а другая осторожно легла на бедро – там, где под плащом крепился пистолет.

— Родоская Долина – мирная земля, – без тени упрека заметил Лукас. – И у этого правила нет исключений, – невозмутимо добавил он, посмотрев на Питера.

Я замерла. Неужели все было настолько очевидно? Пульс стучал где-то в горле. Я достала пистолет и покорно оставила его у входа. Сжав челюсти, Питер еще с минуту буравил Нозерфилда тяжелым взглядом, пока, сдавшись, ему не пришлось поступить так же.

— Вам оно не понадобится, – уверил Лукас, приглашая нас внутрь.

— Мне жаль, что наше знакомство началось с такой ноты, – честно призналась я, желая смягчить колкое напряжение. – Сейчас непростое время. Как вам наверняка известно, у меня немного друзей, мистер Нозерфилд, зато предостаточно тех, кто хочет видеть мою голову на Бастефорской площади. Я вынуждена соблюдать все меры предосторожности.

Обернувшись через плечо, Лукас, как и прежде, невозмутимо улыбнулся.

— Здесь вам нечего бояться, – заметил он. – Двери Родоской Долины всегда были открыты для Понтешен. К тому же мы ждем вас уже очень давно.

Я замедлилась.

— Ждете? – настороженно уточнил Питер.

— Ну разумеется, – подтвердил Лукас, внезапно остановившись. – С того самого момента, как узнали о существовании мисс… Эйлер. Мы полагали, помня о нашем родстве, она навестит нас гораздо раньше. – На мгновение мне даже показалось, что в его голосе прозвучали нотки обиды. – Право крови превыше всего, не так ли? Прошу вас, проходите! – поторопил Лукас.