Книга Наследие Десяти, страница 148 – Рия Райд

— Меня не будет на празднике, – отозвался Андрей, отведя взгляд. – Но тебе определенно стоит развеяться. Последние дни были непростыми.

Не будет на празднике? Мне отчаянно хотелось спросить, почему и куда он в таком случае направлялся, но что-то подсказывало, что это его только разозлит.

— Удалось отдохнуть? – прочистив горло, спросил Андрей. – Я предупредил Лею, чтобы она не пускала к тебе никого, пока ты сама этого не захочешь.

— Да, – соврала я. – Несколько часов сна способны сотворить чудеса.

Слабо улыбнувшись, Андрей кивнул и направился в сторону выхода, как вдруг в нерешительности замер в дверях.

— Мария, – сказал, он и, дрогнув, его голос неожиданно снизился на несколько тонов. – Когда… когда ты была вынуждена принимать решения, которые могли иметь колоссальные последствия не только для тебя, но и для других, как ты понимала, что сделала правильный выбор?

Я удивленно посмотрела на Андрея:

— Не думаю, что масштабы последствий наших с тобой решений соотносимы.

— Это не главное. Как ты понимала, что не совершаешь ошибки?

— Нашел у кого спросить. Мне кажется, всю свою жизнь я только и делаю, что совершаю ошибки. – Из груди вырвался нервный смешок. – Ты правда хочешь знать мое мнение?

Андрей приподнял бровь, и я увидела, как уголок его рта невольно пополз вверх.

— Да, уж будь добра, поделись жизненной мудростью, – тихо сказал он.

— Я верю в то, что нет правильных и неправильных решений. Но есть те, от которых хочется натянуть веревку себе на шею, и те, что приносят облегчение, даже будучи принятыми вопреки мнению других. Если чувствуешь второе – считай, победил. Облегчение лучше смерти – вот и вся математика.

— Лаконично, – грустно улыбнулся Андрей. Его зеленые глаза вспыхнули и на несколько секунд задержались на моем лице. – В тебе и правда есть что-то… завораживающее, Мария Эйлер, – еле слышно произнес он перед тем, как исчезнуть за входной дверью. – Теперь я это понимаю.

День Десяти отмечали с размахом – везде и всегда, где бы я ни находилась. Дикие леса в Анаксонской системе не были исключением, и сейчас, держась в отдалении от шумной толпы, я впервые подумала о том, как одна памятная дата способна объединить все человечество. Не важно, что уже завтра галактика вновь погрузится в хаос – раз в год мир имел право на абсолютное счастье.

Парадный зал, где Нейк Брей обычно проводил совет, был переполнен. Сейчас вряд ли бы у кого повернулся язык назвать его военным убежищем, словно центральный штаб управления базы и вовсе был не катакомбами, а дворцом для аристократических приемов. Гигантское помещение потонуло в смехе, музыке, звоне фуршетных приборов и бокалов, и я поспешила найти место в самом тихом углу.

Шумные вечеринки никогда не были моей слабостью, но сейчас, в обществе повстанцев из лиделиума, я чувствовала себя вдвойне не в своей тарелке, то и дело сталкиваясь с косыми взглядами. И без того скверное положение усугубляло еще и то, что платье, что накануне раздобыла Лея, висело на мне как мешок. Ошибки не было, размер был мой – в точности такой, как в день прибытия на базу, только с тех пор много что изменилось. Например, за последний месяц я значительно скинула в весе. Стресс и отсутствие сна имели последствия – я медленно, но верно превращалась в серую худосочную тень себя прежней.