Книга Наследие Десяти, страница 251 – Рия Райд

— Я верю тебе, Пит, – говорил Андрей, навещая его в камере, – но и ты должен верить мне. У меня есть план. Даже если за эти пару недель мы не найдем настоящую крысу, я позабочусь о вас с Робертом, но до этого момента мне нужно, чтобы ты оставался здесь. Адлербергам предъявлены серьезные обвинения. И повстанцы, и Конгресс должны видеть, что мы непредвзяты и соблюдаем нормы международного права.

Питер передернул плечами от отвращения. Возможно, Андрей и был искренен, но в те моменты он всерьез задумывался о том, могли ли считаться нарушением международного права вывернутые наружу кишки наследника Деванширских.

Тогда, сконцентрировав всю свою ненависть на Андрее, Питер и предположить не мог, что в подрыве Мельниса замешан Марк. Сжав челюсти, он мысленно себя одернул. Он не будет думать об этом. Только не сейчас. Марк Крамер – ничтожный трус, Алик Хейзер – сопливый слюнтяй, а Эндрю – закомплексованный психопат. Они не достойны его внимания, жалкие кретины. Он, Питер, на голову превосходит их всех! Вероятно, поэтому «Белый георгин» прислал приглашение лишь ему. Где-где, а в элитной масонской ложе балом правят точно не идиоты. Наконец его таланты оценили по достоинству.

Прикрыв глаза, Питер блаженно растянулся в кресле. Всего лишь полчаса, и он вступит в общество, соответствующее его статусу. В общество, которому он подходит. Нет, не так! Он вступит в общество, которое подходит ему! Ведь он – Адлерберг, а значит, априори достоин всего самого лучшего. Об этом буквально кричат его безупречная внешность (ведь он невероятно красив), незаурядный ум и проницательность, блестящее образование (спасибо папеньке и профессорам, что так долго насиловали его мозг нескончаемыми уроками) и внушительная сумма денег, что он с поистине аристократической щедростью отвалил за членство в масонской ложе. Что-то на задворках сознания назойливо подсказывало Питеру, что последний аспект сыграл в его праве на «избранность» наиболее значимую роль. Он отмахнулся от этих мыслей. Вступительный взнос – всего лишь формальная процедура, символический акт благодарности. Будь он, Питер, чуть менее скромен, распространяясь о своих талантах, в «Белом георгине» его бы непременно приняли и без денег.

Несмотря на события последних дней, от которых лихорадило весь лиделиум, члены ложи не отменили запланированную встречу. На редкую удачу, заседание «Белого георгина» выпало как раз на трехнедельное перемирие, что пришлось заключить повстанцам и Диспенсерам по требованию Галактического Конгресса. Питеру покровительствовала сама судьба. Иначе чем, как не предназначением свыше, можно было объяснить тот факт, что вступление в элитное масонское общество совпало с днем его рождения?

Свое двадцатипятилетие Питер встречал именно так, как и рассчитывал. С самого раннего утра его наручный браслет разрывался от потока входящих сообщений с разных концов галактики. Весь лиделиум, включая толпу его бесчисленных родственников, большинство из которых он ни разу и в глаза не видел, заваливали его сердечными поздравлениями. Ни на одно из них Питер так и не ответил – до угодливых пресмыканий родни, которая особенно гордилась отдаленными кровными узами с Адлербергами, ему не было дела. К тому же был только один человек, способный поздравить его именно так, как он того желал.