Книга Ключ к Эверленду. Хроники Вигора, страница 67 – Юлия Васильева

— Лия, я всё понимаю, тебе не нужно думать, как спросить. — Он подаёт мне руку, чтобы помочь подняться, и бережно заворачивает меня в полотенце.

Я расстроена, или мне просто стыдно? В любом случае мне хочется провалиться сквозь землю. Но он бережно поднимает меня на руки и вот уже несёт по лестнице вниз.

— Эдмонд?

— Мгм?

— Надеялся, я утону в этой ванне?

Он опускает на меня взгляд ореховых глаз и тепло улыбается. Мужчина прижимает меня чуть ближе.

— Ты меня плохо знаешь, любимая. Если мне понадобится, ты от меня и в самом аду не спрячешься.

Я должна испугаться или как минимум поддаться тревоге, и повод вроде бы есть, но в висках пульсирует одно-единственное слово: «Любимая».

— Женишься теперь на мне? — говорю я, уже пристроенная возлюбленным на кровати.

— Обязательно. — Он говорит это так спокойно, что не могу понять, шутит священник или нет.

— Тебя выгонят из священников. — Несу я бог знает что в попытках не допустить тишины.

— Кто, интересно?

Он не смущён, не шокирован, не раскаивается. Эдмонд просто улёгся рядом, подперев голову рукой, и ловит пальцами редкие капельки, что ещё остались на моей коже.

Он смотрит так безмятежно, так бережно, что мне хочется вжать его в себя и больше не отпускать.

Я не знаю, могу ли считать его своим, ведь он вроде принадлежит богу, или нет? Он как-то странно верит, или это все другие ошибаются? Он спокоен до случившегося, и вообще он ведь не говорил о боге ни в один из наших личных разговоров. Я смотрю на чёрные блестящие волосы и безупречные черты лица, что легли на холст белой ровной кожи. Он напоминает мне лучшие скульптуры в истории искусства. Неужели он не знает, как прекрасен? Но мужчина всё скользит и скользит пальцами по моей коже. Он восхищён, и я читаю это во внимательности, в нежности и на его чуть приоткрытых, таких манящих губах.

Мне хочется поддразнить его и я веду плечами, чтобы полотенце, что держится на груди, ослабло. Ткань, отгадав задумку, опускается по моему влажному телу чуть ниже. Я жду того стального огня в его взгляде, жду новой страсти, за которой наверняка придут и откровения. Но Эдмонд продолжает настойчиво выводить абстрактные узоры на моей коже. Он делает это снова и снова, хоть касания невесомы, но, ритуально повторяясь, приносят коже лёгкое раздражение. Возможно, это его способ успокоения, поэтому я позволяю.

Но вот мне становится больно. Всё это движение напоминает мне грубый ластик, что монотонно стирает не только ход карандаша, но и протирает до дыр бумагу под ним.

Утром Эдмонд невозмутимо собирается на службу.

— Пойдёшь со мной? — Оброняет он через плечо, застёгивая пуговицы на рукавах рубашки.

— Мне нужно в город. — Отрицательно качнув головой, я поднимаюсь с кровати.

Замечаю, как внимательно скользит его взгляд по мне. Но это не тот взгляд влюблённого, что был вчера, это снова пристальное внимание соперника. Он снова прикидывает: не наделаю ли я глупостей? Я хотела пройти мимо, но сам напросился. Подхожу к мужчине сзади и скольжу ладонями по груди, запустив руки под рубашку. Жду, пока настроение Эдмонда меняется, затем прижимаюсь к его спине, чтобы следом отстраниться.

— Хорошего дня! — Громко говорю я и быстрым шагом покидаю его жилище.

По дороге я разбираю по пунктам, во что вляпалась. Эдмонд — тёмная лошадка, к счастью, я имею на него влияние, но совсем редко и скорее беспорядочно. Я знаю мужчин, и после вчерашнего откровения он должен был окончательно махнуть рукой на прежнее напряжение между нами.