Книга Эларис: День, когда всё изменилось, страница 56 – Алёна Орион

Свежие, едва оструганные доски крыльца тихо и уютно скрипнули под босыми ногами.

Флейм поежилась, накидывая на плечи теплую шерстяную шаль. Их новый дом примостился на самом краю внутреннего двора Академии. Окна в нем были слегка перекошены, а крыша в дождь подозрительно барабанила, но именно эта неидеальность делала его настоящим, живым.

Утро выдалось прозрачным и по-осеннему колким.

Эларион, разумеется, уже не спал. Эльфийская физиология позволяла ему игнорировать усталость, которая валила Флейм с ног. Он сидел на ступенях крыльца, вытянув длинные ноги, и сосредоточенно хмурился, изучая разложенные на коленях сводки и отчеты гильдий.

Флейм бесшумно подошла сзади, наклонилась и решительно вытащила из его пальцев глиняную кружку.

— Эй, — Эларион поднял голову, и привычная складка между его бровей мгновенно разгладилась, уступая место теплой, домашней улыбке.

Флейм пригубила напиток и тут же возмущенно поморщилась:

— Эларион, это не чай. Это ледяная археологическая находка. Как давно ты её заварил? Еще до Великого Раскола?

— Температура вполне приемлемая, — он мягко перехватил её запястье, забирая кружку обратно, и попутно прижался губами к ладони Флейм. — К тому же отвары из эльфийских трав лучше раскрывают вкус, когда остывают.

— Вы, эльфы, просто придумываете красивые оправдания своей привычке забывать о еде ради работы, — Флейм плюхнулась на ступеньку рядом с ним, плотнее кутаясь в шаль, и прижалась плечом к его плечу.

Эларион ничего не ответил. Он отложил сводки, обнял её свободной рукой за талию и притянул ближе, делясь своим ровным, спокойным теплом. Над строящимися крышами нового Элариса медленно поднималось солнце.

Тихое умиротворение их маленького крыльца закончилось ровно через час. Солнце поднялось выше, согревая холодные камни брусчатки, а Флейм, наскоро поцеловав Элариона и подхватив сумку со свитками, умчалась сеять разумное, доброе и огнеопасное.

* * *

Временная аудитория номер два, куда она влетела пару минут спустя, больше напоминала шумную ярмарочную площадь, на которую внезапно обрушился ураган.

Академия превратилась в смесь госпиталя, сиротского приюта и тренировочного лагеря. Здесь больше не делили студентов по расам и статусам. Дети тех, кто потерял дома в Северном и Центральном кварталах, учились вместе.

Флейм стояла у доски, пытаясь перекричать стоящий гул. Она была абсолютно в своей стихии — ожившая катастрофа среди трех десятков маленьких катастроф.

— Та-а-ак, послушайте меня! — она хлопнула ладонью по столу. — Илли, если ты еще раз попытаешься высушить свои записи Искрой, мы останемся без архива геометрии! Кварк, немедленно выплюнь это, гномий мох не едят сырым!

В этот момент тяжелая дверь аудитории распахнулась, и на пороге возник Лейра.

Посол Дарнасса в своем неизменном чешуйчатом доспехе выглядел так, словно собирался объявить войну. Но не успел он открыть рот, как стайка младших учеников с радостным визгом бросилась к нему.

Высокомерные драконорожденные славились своей неприступностью, но эти дети, пережившие конец света, не боялись вообще ничего. За полминуты Лейра оказался облеплен со всех сторон. Один щуплый мальчишка уже висел у него на рукаве, а крошечная эльфийка с восторгом ковыряла пальцем золотую чешуйку на его предплечье.