Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 53 – Канна Шорен

— Да, это они, — также шёпотом ответил Майкл. — Маркиз Ливингфорд, говорят, страшно вчера разгневался на дочь из-за произошедшего. И даже отправил в утреннюю газету и во дворец письма с извинениями.

— Не удивительно, она повела себя отвратительно, — добавила я, кивая будто самой себе. — Но пусть это будет ей теперь уроком на всю жизнь, — и спустя пару минут молчания спросила снова: — Кредиторы так сильно прижали, что пришлось продавать шахту?

— Ты всегда отличалась проницательностью, Амелия, — как-то грустно улыбнулся мне брат. — Мы продаём доступ к разработке этой шахты и всех рабочих вместе с этим, чтобы расплатиться с львиной долей долгов.

Всё же продажа столь ценного актива была крайней степенью отчаяния. Амелия в дневнике писала, что шахта была важна для отца, ни в одной из жизней он её не продавал ни под каким предлогом. Земли графства не отличались обильными запасами исследованных природных ресурсов, имея лишь две шахты, одна из которых, увы, уже не функционировала, но имели выход к мировому океану, пусть и не оборудованный портом. Два небольших города, один из которых на деле был просто большой деревней, возле него всё ещё стояло законсервированное фамильное имение нашей семьи. Обилие разномастных деревень, плодородные земли, широкие полноводные реки и густые леса покрывали большую часть территории. Идеальные земли для обеспеченной жизни их владельца.

Отец, столкнувшись с крахом банкротства, принял ужасное для семьи, но прекрасное для земель решение — это оставление налогов на том же уровне. Он с сожалением продал большинство предметов искусства, из фамильных драгоценностей остались лишь действительно древние сокровища — обручальные кольца родителей, родовое кольцо-печатка, несколько массивных ожерелий с различными драгоценными камнями и фамильную тиару, в которой все дочери семьи должны будут выйти замуж. Печальная история, конечно…

Прозвучал громкий голос глашатого, оповестивший о прибытии королевской семьи. Люди зашелестели тканями, поднялся негромкий гул голосов, почти сразу стихший. Первыми по проходу шли… неожиданно на службу прибыла Августина, которую под руку сопровождал Константин. Несмотря на наличие опоры в виде трости, королева-мать явно предпочла опереться на сильное мужское плечо. Идущие следом король с королевой шли отстранившись друг от друга, но при этом улыбками приветствовали подданых.

А вот следом… Стоило мне встретиться взглядом с идущим следом Ричардом, как по спине тут же прошёл отвратительный холодок. Его глаза были полны ненависти и презрения ко всему живому, а, встретившись со мной, они обрели ещё и нездоровый блеск. Вчера, на охоте, ему не удалось поймать ни оленя, ни тем более чёрную лисицу. Он ненавидел проигрывать, ненавидел не занимать первые места, считал, что все над ним насмехаются. И, если такое происходило, находил в лице других людей «козла отпущения», как это было со мной. Сегодня мне точно нужно не пересекаться с ним, если не хочу попасть под горячую руку. На благо он не задержался, а далее шли принц Александр и эрцгерцог Максимилиан. Принц явно был горд собой, пусть и ярко не показывал этого, лишь вёл себя непривычно дружелюбно с окружающими, а его дядя — рад успехам племянника, одаривая того подбадривающими взглядами.