Книга Иней между нашими сердцами, страница 54 – Кира Шелухина

— Да будет так. Но если ты меня обманул, то поплатишься за это.

С этими словами она развернулась и подняла руки, шепча заклинание на древнем языке. На наших глазах деревья расступились, открывая проход, за которым виднелась белоснежная гладь широкой равнины. Мы сразу же двинулись вперед, пока волчица не передумала, чувствуя на себе ее внимательный и тяжелый взгляд. Как только вышли из Железного леса, он сомкнулся за нами, снова образуя непроходимую стену.

— Я уж думал, что мы никогда оттуда не выберемся, — с облегчением проговорил Крис, щурясь от яркого света.

— И куда теперь? — поинтересовался Альбан, вглядываясь в даль, покрытую нетронутым снегом, из которого то тут, то там торчали глыбы льда да скрюченные голые кусты, покрытые инеем.

Над вечными ледяными полями возвышались гигантские скалы и застывшие вулканы, словно безмолвные стражи древних тайн.

— Вперед, — ответил я, запахивая меховую накидку, чтобы защититься от промозглого ледяного ветра, который с каждым шагом усиливался и завывал, словно стая волков.

А вскоре начался снегопад, грозящий перерасти в сильную вьюгу.

— Почти пришли, — сказал я, когда мы оказались возле широкого ледяного моста, словно вырастающего из огромной пропасти и ведущего в самое сердце Йотунхейма — крепость-исполин Утгард, вырубленной из черного обсидиана и вечного льда.

Она возвышалась на скале, окруженная высокими стенами — тысячефутовыми утесами, утыканными шипами из замерзшей крови троллей, с башнями, что пронзают тучи, словно когти Урд. Поднявшись по крутым ступеням, мы оказались около ворот, которые охраняли два каменных йотуна, высеченных из гранита и базальта первозданным молотом судьбы. Их лица, изъеденные веками эрозии, таили гнев древних глаз, зрачки которых пылали фосфорическим огнем. И, хотя они были воплощением неукротимой мощи земли, я знал, что мозг в огромных головах был очень маленьким, и в нем имелась только одна извилина. Поэтому мне не составило труда убедить великанов в цели нашего визита, скормив ту же байку про подарок, что и ведьме.

Чувствуя себя не очень уютно среди великанов, находящихся в замке, я, веля спутникам ждать около кузни, сразу отправился в местную таверну, где любила бывать Скади. На мою удачу, великанша как раз была там, сидя за столом и потягивая эль из большой деревянной кружки.

— Ты, никак, заблудился, Дрейк, — прогремела она, удивленно глядя на меня.

— Я пришел к тебе, — заявил без предисловий, подходя ближе.

Даже сидя, Скади была выше меня, поэтому приходилось задирать голову, чтобы с ней поговорить. Будучи дочерью бурь Йотунхейма, она была ростом с древний дуб, и возвышалась, словно грациозная гора из белоснежной кожи, перевитой венами, точно реки лунного серебра. Волосы спадали каскадом черного водопада, хлещущего до земли и усыпанного звездами льда. Под меховым плащом из полярных медведей виднелось копье из кости мамонта.

— Зачем? — поинтересовалась она, хотя выражение аквамариновых глаз говорило о том, что великанша прекрасно знала единственную причину, которая заставила бы меня вернуться сюда.

— За долгом, — коротко ответил, отгоняя неприятные воспоминания.

— И чего же ты хочешь?

— Не здесь, — отрезал я, показывая на дверь, за которой находились комнаты для постоянных клиентов.