Книга Поющие золотые птицы. Рассказы о хасидах, страница 45 – Дан Берг

Я призадумался. Наконец меня осенило.

— Эти слова – слова насмешки, – воскликнул я.

— Молодец, ты и вторую загадку отгадал, – поощрил меня похвалой мудрец.

— Он и вторую загадку отгадал, – повторил царь. – Доставить ко мне торговца мелким скотом и мирового судью!

Вошли эти двое в зал.

— Ах вы бестии! Так-то вы встречаете гостя нашей славной страны? Один из вас вернет хасиду барана и цену его, а второй – вдвойне возвратит незаконный свой доход. Прочь с глаз, и выполняйте мою волю! – прогремел голос царя.

— Продолжайте, мудрейший, – снова обратился царь к старцу.

— А теперь, хасид, внимательно слушай третью и самую трудную загадку. На земле нашей множество стран. И есть среди них такая страна, что вмещает в себя все страны. Это – особая страна. Страны делятся на города. В особой стране имеется такой город, который вмещает в себя все города особой страны. Это – особый город. Города состоят из домов. В особом городе особой страны существует такой дом, который вмещает в себя все дома особого города особой страны. Это – особый дом. В домах живут люди. В особом доме особого города особой страны живет такой человек, который вмещает в себя всех людей особого дома особого города особой страны. Это – особый человек. А теперь, почтенный, скажи нам, что все это означает? – закончил еврей.

Третья загадка показалась мне легче первых двух, но из уважения к мудрецу я глубоко задумался.

— Я отвечу – сказал я после долгого размышления, – как купец, привыкший выбирать из множества товаров самый лучший и подходящий. Если какая-то вещь имеется во множестве: дома ли, города ли, товар ли какой, то всегда среди этого множества ты найдешь такую вещь, которая соединяет в себе все черты своих родичей.

— Браво, браво, – закричал старец и захлопал в ладоши. – Это великолепный ответ. Я и сам еще не нашел окончательного решения этой загадки. Я загадывал ее многим, и каждый удачный ответ приближает меня к разгадке. Мой учитель, мир праху его, всегда говорил мне: “Все, что теперь сокрыто, когда-нибудь раскроет время”. Твой ответ, хасид, – лучший!

— Твой ответ – лучший, – снова повторил царь. – А подать сюда моего конюха!

Вошел конюх.

— Как смел ты, прохвост, обмануть моего почетного гостя? – Затопал ногами царь, обращаясь к дрожащему от страха конюху. – Вернешь хасиду коня, а плату, что получил за коня, вернешь в придачу. И запомни: вор – не тот, кто крадет, а тот, кого поймали. А теперь поторопись, каналья!

Отправив конюха, монарх угостил меня настоящим царским обедом. Затем распрощался со мной весьма дружелюбно и отпустил восвояси.

А перед заходом солнца хасиды, которые с раннего утра дожидались меня, с изумлением увидали, как открылись ворота страны мошенников и воров, и из ворот вышел я сам собственной персоной целый и невредимый. Одной рукой я держал под уздцы красавца-коня, другой рукой вел на веревке чудесного барана, а на спине коня возвышалась плетеная корзина, с торчащем из нее красным петушиным гребнем. Еще больше удивились мои друзья и незадачливые спорщики, когда я вернул им деньги, да и себе оставил столько же. А потом я рассказал им историю, которую вы сейчас слышали. С тех пор мои дела пошли в гору, ибо торговать я стал только лишь с этой страной. Я отгадал загадки тамошнего еврея, но на один вопрос ответа пока не знаю: “Страна-то эта, особая она, или нет?”