Книга Любовь в холодном климате, страница 68 – Нэнси Митфорд

— Дети, не смейте говорить про отца такие вещи.

— Против научных истин не пойдешь, Сэди, и, по нашему опыту, все обожают узнавать о себе новое. Па, хочешь, мы проверим твои интеллектуальные способности с помощью чернильной кляксы?

— Это как?

— Мы можем тщательно протестировать и аттестовать тебя. Это совсем просто: исследуемому объекту демонстрируется обычная чернильная клякса на белой бумаге, и в соответствии с той картинкой, которую видит каждый индивидуум (ты понимаешь, что я имею в виду: кто-то видит паука, а кто-то – Гималаи), опытный психоаналитик может немедленно оценить его интеллектуальный уровень.

— А вы опытные психоаналитики?

— Ну, мы практиковались друг на друге, и на всех Джошах, и на миссис Астер. Мы заносили результаты в свой научный журнал, так что давай.

Дядя Мэттью некоторое время смотрел на кляксу, а потом сказал, что, по его мнению, она похожа на обычную чернильную кляксу и больше всего напоминает ему пузырек чернил «Стивенс».

— Этого я и боялась, – заключила Джесси. – Тест определенно показывает уровень недочеловека – даже малыш Джош справился лучше. Да уж, недочеловеческий уровень, это скверно…

Джесси переступила границу в нескончаемой игре «Земля Тома Тиддлера», в которую играла со своим отцом. Он злобно рявкнул на нее и отослал спать. Она ушла, твердя нараспев «Параноик и шизоид, параноик и шизоид», заменив этим «Долгую агонию в лифте». Позже Джесси сказала мне:

— Конечно, это довольно печально для всех нас, потому что не важно, веришь ли ты в наследственность или в окружающую среду, в любом случае мы обречены, запертые здесь с этим старым отцом-недочеловеком.

Дэви решил, что будет гуманно съездить навестить старую добрую знакомую леди Монтдор, поэтому позвонил ей и был приглашен на ланч. Он уехал от нее только после чая, и, по счастью, когда вернулся, Полли уже ушла в спальню, так что он смог с нами поделиться.

— Соня в ярости, – доложил он, – в ярости. Это просто пугает! Она, как говорят французы, coup de vieux^[50] и выглядит лет на сто. Я не хотел бы, чтобы меня кто-то ненавидел так, как она ненавидит Малыша. В конце концов, мы не знаем, быть может, есть что-то в этой Христианской науке^[51]. Злые мысли и прочее, будучи направлены на нас с большой интенсивностью, могут воздействовать на тело. Как же она его ненавидит! Только представьте себе, она вырезала вышивку, которую он сделал для каминного экрана, вырезала кое-как, ножницами, и экран так и стоит там, перед камином, с огромной дырой. Меня это сильно потрясло.

— Бедная Соня, как это на нее похоже. А что она чувствует по отношению к Полли?

— Она о ней скорбит и одновременно очень на нее злится за то, что та была такой неискренней и столько лет держала это в секрете. Я сказал: «Вы ведь не могли ожидать, что она вам расскажет», – но она не согласилась. Она засы́пала меня вопросами о Полли и ее душевном состоянии. Я был вынужден сказать, что ее душевное состояние от меня закрыто, но что выглядит она в два раза красивее, чем раньше, если такое возможно, то есть из этого можно заключить, что она счастлива.

— Да, у девушек это верный признак, – кивнула тетя Сэди. – Если бы не это, я бы не подумала, что она хоть немного взволнована, в том или другом отношении. Что за странный у нее характер все-таки.