Книга Любовь в холодном климате, страница 88 – Нэнси Митфорд

— Уверена, он должен так думать. Ты же не хочешь сказать, что он считает меня умной?

— Да, очень умной. Пожалуй, он не смотрит на вас как на интеллектуала…

Бамц! Я оказалась в ловушке.

— О, конечно! Какой из меня интеллектуал!

Я сразу же поняла, что она ужасно оскорблена, и, мечась в своей ловушке, старалась выпутаться; однако все было напрасно, я увязла по самые уши.

— Видите ли, он не верит, что женщины вообще бывают интеллектуалками, возможно, только одна на миллион – Вирджиния Вулф, пожалуй…

— Наверное, он считает, что я никогда не читаю. Многим так кажется, потому что они видят, какую я веду активную жизнь, выбиваясь из сил ради других. Да уж, я, быть может, и предпочла бы весь день сидеть на стуле, читая какую-нибудь книгу, но в моем положении было бы неправильно так поступать – ведь нельзя думать только о себе. Да, я действительно никогда не читаю книг в дневное время. У меня попросту нет ни минуты, но твой муж не знает, как не знаешь и ты, что я делаю по ночам. Я скверно сплю, совсем скверно, и ночами перечитываю целые тома.

Старые тома «Татлера», догадывалась я. Она переплетала их вместе, еще с довоенных времен, и это было очень захватывающее чтиво.

— Ты знаешь, Фанни, – продолжала леди Монтдор, – хорошо таким смешным маленьким людям вроде тебя все время читать книги. Вам приходится думать только о себе, тогда как мы с Монтдором в каком-то смысле люди государственные, у нас есть принципы, по которым мы живем, традиции и так далее, обязанности, которые мы исполняем, а это совсем другое дело. От нас многого ждут, и я думаю и надеюсь, что не зря. Это тяжелая жизнь – не надо заблуждаться, – тяжелая и изнурительная, но время от времени мы чувствуем себя вознагражденными, когда люди получают возможность показать, как они нас боготворят. Например, когда мы вернулись из Индии, дорогие поселяне на себе протащили наш автомобиль по дороге. Поистине трогательно! А у вас, интеллектуальных людей, никогда не бывает таких моментов. Что ж, – она поднялась, собираясь уходить, – век живи – век учись. Я теперь знаю, что нахожусь вне интеллектуальных пределов. Конечно, мое дорогое дитя, мы должны помнить, что женщины-студентки, вероятно, оставляют у твоего мужа очень странное впечатление о том, что действительно представляет собой женский пол. Интересно, понимает ли он, что туда приходят только те, кому не на что надеяться? Возможно, он находит их очень привлекательными – его ведь никогда не видно в собственном доме, как я заметила. – Она волновалась все сильнее и сильнее. – И если мне позволено дать тебе маленький совет, Фанни, то читай поменьше книг, дорогая, и сделай свой дом чуточку более комфортным. Именно это в конечном счете оценит мужчина.

Она бросила выразительный взгляд на диетические печенья без тарелки и удалилась, не сказав «до свидания».

Я искренне огорчилась, что так глупо и бестактно ее распалила, и была уверена, что она больше никогда не придет меня навестить. Как ни странно, вместо того чтобы испытать облегчение от этой мысли, я тревожилась.

Однако слишком долго горевать не пришлось, потому что не успела леди Монтдор уйти, как ко мне заявились Джесси с Викторией.

— Диетическое печенье – не может быть! Вики, смотри, диетическое! Ну, разве Фанни не прелесть, всегда можно рассчитывать на что-нибудь божественное! Я так давно не пробовала диетического печенья, это же моя любимая еда!