Книга Креолка. Тайна аристократки, страница 103 – Шерил Сойер

Послышались одобрительные возгласы, когда зазвучал его сильный тенор. Клерк хорошо спел первый куплет, но затем голос изменил ему. Осознав это, он издал несколько задушевных звуков, устремил взор на продавщицу и прижал руку к сердцу. Это оригинальное исполнение понравилось слушателям и рассмешило их. Дама умилялась, когда клерк изображал томность, мужчины улыбались. Сильвия и Бруно понимающе взглянули на Калцабиджи. Они догадались, что это позволит ему утверждать, что в клерке не было ни грана простоты. Таким образом он избежит необходимости платить.

Заключительные сентиментальные стенания клерка встретили бурными аплодисментами. Поклонившись, герой состязания сел и повернулся к продавщице. Та давилась от смеха. Она хотела принять серьезный вид, но не могла совладать с собой. Она вдруг вскочила и пустилась бежать, а первый клерк бросился за ней. Второй клерк умоляюще взглянул на Сильвию. Она щедро заплатила ему, и он последовал за своими спутниками.

Все взоры обратились к служанке. Она вышла вперед и, улыбнувшись, встала между опустевшими столиками. Ситуация позабавила служанку, и это развязало ей язык. Она обратилась к Сильвии:

— Двое участников не пели и не получили вознаграждения. Если моя песня понравится, вы отдадите мне оставшиеся три ливра?

«Вот как, — подумала Сильвия, — это артистка, да к тому же еще ловкая».

— Если ваша песня придется нам по душе.

Молодая женщина кивнула и запела. Только Сильвия, сидевшая к ней ближе всех, заметила, как она задрожала, взяв первую ноту. Девушка пела не по-французски, во всяком случае, не на французском, известном в Париже. Когда прозвучали мрачные, сильные ноты, толпа умолкла и замерла. Те, кто стоял в стороне, подошли ближе. Молодая женщина приняла грациозную позу. Ее красивое лицо, прикрытое шляпкой, приподнялось. Глубокий грудной голос тронул всех: он был насыщен женским теплом и неподдельным чувством. Девушка пела о сокровенном, но, казалось, знакомом каждому слушателю. Когда она исполняла припев, все задерживали дыхание, ибо он был особенно трогателен.

Песня зачаровала всех, и когда прозвучала последняя нота, толпа не двинулась с места. Только через несколько секунд люди начали аплодировать, и Сильвия поняла, что благоговение и есть подлинное вознаграждение актерского труда. Бросившись к молодой женщине, она расцеловала ее. Служанка была так ошеломлена этим, что Сильвия легко уговорила ее подойти поближе и получить три ливра Калцабиджи. Безропотно отдав Сильвии оставшиеся деньги, он внимательно присматривался к победительнице. Толпа медленно расходилась.

— Мой брат обязательно должен услышать этот голос, — сказал он Бруно.

Сильвия обратилась к служанке:

— Стоило мне взглянуть на вас, как я тут же смекнула, что вы занимаетесь не тем делом. Скажите, вы когда-нибудь выступали на сцене?

Растерявшаяся служанка покачала головой.

— Не лукавьте, я слышала вашу дикцию, хотя так и не поняла, что это за песня. Кстати, где вы этому учились? Мне никогда не приходилось слышать такой диалект.

— Я научилась петь у слуг в доме хозяина на… юге. Других песен я не знаю.

— Вы могли бы исполнять этот репертуар здесь, и он звучал бы, как пение ангелов. — Мой друг, — Бруно указал на Калцабиджи, — любитель оперы, а его брат — настоящий знаток оперы, к тому же он сочиняет их. Я никогда не видел, чтобы любитель делать ставки потерпел такое поражение, — заметил Бруно, усмехнувшись над Калцабиджи.