Онлайн книга «Жёны Шанго»
|
Но в затенённой комнате звенела тишина, и Луис знал – ответа ему не получить. Скрипнула дверь. Снова вошла Долорес, и обшитый кожей ящичек, который она несла в руках, Луис узнал сразу же. И из головы мгновенно вылетели мысли о Мече. — Господи Иисусе! Долорес! Разве они… не забрали это?! — А разве они о нём знали? – Впервые Долорес позволила себе чуть заметную улыбку. – Взгляните сами, сеньор: всё в целости и сохранности! Луис непослушными пальцами снял с шеи цепочку с ключом, отпер ящичек. Там, в разных отделениях, лежали аккуратно сложенные деловые бумаги, контракты, королевский патент на ведение торговли сахаром, купчие на землю, банковские документы… А также три десятка полновесных золотых мильрейсов. — Вы восстановите фазенду, сеньор. Один неурожайный год и несколько сгоревших сараев – что это такое?.. Сахар поднимется в цене, тростник вырастет снова: в этой земле растёт всё. Через месяц приплывут корабли, и вы купите новых негров на своё золото. Через три года вы женитесь и возьмёте в дом в дом прекрасную хозяйку и немалое приданое. Да-да, так и будет. А ваша старая Долорес всегда, до самой смерти останется с вами. При этих словах Луис почему-то почувствовал холод на спине. Он даже не сразу осмелился посмотреть на старуху-негритянку, выкормившую его когда-то своей грудью. Затем, напомнив себе, что перед ним всего-навсего чёрная рабыня, всё же поднял взгляд. Лицо Долорес было неподвижным. Глаза из-под полуопущенных век блестели тускло и холодно. На какое-то мгновение она показалась Луису мёртвой, и ему стоило большого усилия прогнать наваждение. — Что же делать с мальчишкой? – задумчиво сказал он – лишь для того, чтобы услышать свой собственный голос. – Мне он не нужен. Я не хочу постоянно видеть перед глазами сына Ме… проклятой ведьмы. — Так продайте его, сеньор. — Кто его купит, дура? – вышел из себя Луис. – Что за него дадут? Смешить всю округу, разорившись и выставляя на торги чудом уцелевшего негритёнка?! Я не намерен так позориться! — Ну так отвезите его отцам-иезуитам в Ресифи. Они выучат его всему, что умеют сами, и вам это будет стоить ничтожных грошей. Зато потом получите верного и грамотного управляющего! О, поверьте, Зумби навсегда запомнит, кто спас его и не дал умереть с голоду, когда родная мать сбежала не оглянувшись! В словах Долорес было здравое зерно, Луис был вынужден признать это. — Хорошо… Пожалуй, я так и сделаю. Ступай. — Как прикажете, сеньор. Принести вам кофе? — Нет. Позже. Уйди. Долорес вышла. Луис, зажмурившись, откинулся на подушку. Дьявольские барабаны гремели в его сердце. Меча, его Меча в золотистом одеянии плясала перед ним в сполохах факелов. И дон Луис Гимараеш да Силва знал: его душа будет вечно гореть в аду. Потому что никогда, ни за какие земные блага он не сможет забыть этого видения – самого прекрасного, что он знал в своей жизни. Баия, наши дни Дождь закончился вечером. Тучи уползли к побережью, и в ветвях питангейр завис сгусток садящегося солнца. Последние лучи золотили крышу старой фермы. Йанса, закрыв глаза, лежала в гамаке на веранде. За стеной послышались шаги. Вошла Оба, на ходу вытирая руки полотенцем. — Всё готово. Кофе скоро будет. Хочешь поесть? — Нет, – не открывая глаз, отказалась Йанса. Помолчав, добавила, – Спасибо. |