Книга Невеста Обалуайе, страница 121 – Анастасия Дробина, Дэн Бенимана

Некоторое время мужчины молча и увлечённо жевали, то и дело испуская восхищённое мычание. Затем Шанго, проглотив последний кусок жареного маниока и залпом допив кофе, спросил:

— Значит, когда случился бунт в Карандиру, вы были там, дон Рокки? Вы видели это всё… своими глазами? Это в самом деле было так, как рассказывали? Кровь ручьями бежала по лестницам – и трупы в камерах вповалку? Людей расстреливали в затылок?

Ироко, помедлив, коротко, почти нехотя кивнул. Шанго ждал, подавшись вперёд, но Ироко сосредоточенно жевал пончик и больше ничего не сказал. И, услышав следующий вопрос, лишь усмехнулся.

— Это правда, что вы убили полковника Гимараеша? Я слышал об этом от многих людей, но…

— Может, заткнёшься, наконец? – вполголоса спросил Огун. – Дай человеку поесть. И не задавай идиотских вопросов.

Шанго угрожающе зарычал. Огун невозмутимо отвернулся.

— Полковник заслужил свою смерть, – спокойно выговорил он, глядя на суетящуюся в ветвях деревьев стаю аратинг. – Кто бы его ни убил – он совершил справедливый поступок. Бойня в Карандиру была целиком на совести Гимараеша. Убийства людей можно было избежать. Такого не случилось бы, если бы не военная полиция…

— Вот как, даже ты это признаёшь, полковник? – жёстко ухмыльнулся Шанго. – Ваши хорошо порезвились тогда в Карандиру, нечего сказать!

— Мои? – Огун не сводил взгляда с большого зелёного попугая, сдирающего клювом кору с ветки. – Брат, мне тогда было шесть лет!

Шанго грязно выругался – и осёкся, остановленный коротким взглядом Ироко. Помолчав, чуть смущённо спросил:

— Что вы намерены делать дальше, дон Рокки? Можем ли мы вам чем-то помочь? Вчера вы спасли нас всех…

— Вас спас не я, а Ошумарэ, – прихлёбывая из кружки кофе, возразил Ироко. – Если бы он не явился в последний момент и не подарил свою аше Йанса – Ийами растерзала бы сначала меня, а затем и вас. Ийами Ошоронга становится сильнее всех, когда напьётся крови беременной женщины и съест её дитя! Даже Шанго не может противостоять ей! Так что никаких благодарностей, сын Йеманжи. Кстати, что с Йанса? Девочка в порядке?

— Спит, – послышался сиплый голос, и на веранде появился зевающий Ошосси в незастёгнутых джинсах. В его взлохмаченных дредах были запутаны веточки и увядшие листья. – Спит со вчерашнего дня и ни разу за ночь даже не пошевелилась!

— Это правильно, – одобрил Ироко. Не сводя с него глаз, Ошосси прихватил с подноса кусок маниока, акараже и присел с едой на пол у стены.

— Что ж, парни, было приятно поговорить с вами. Но мне пора ехать. Автобус до Баии – через час. – Ироко осторожно поставил пустую чашку на ступеньку, попытался подняться – и, поморщившись от боли, опустился обратно.

— Но… дон Рокки, зачем вам уезжать? – осторожно спросил Шанго. – Вы ещё нездоровы! Куда вообще можно идти на таких ногах? Ваш отец вылечит вас в два счёта и…

— Малыш, мой отец проклял меня много лет назад.

— Но вы… Вы ведь всё же вернулись к нему, дон Рокки? – Шанго наморщил лоб. Неуверенно обернулся на сестру. Видно было, что он мучительно ищет слова – и не находит их. Эва лишь растерянно пожала плечами: она тоже не знала, что сказать.

— Раз уж вы всё равно здесь, то, может быть… Я имею в виду, что… Упаси меня бог лезть в ваши дела, дон Рокки, но тридцать лет – большой срок! Возможно, дон Осаин… и вы… Всегда же можно договориться! Отец есть отец, и всякое такое… Огун, в чём дело? Чего ты ржёшь?!