Онлайн книга «Невеста Обалуайе»
|
— Идиот, как я поднимусь на костылях по лестнице? — Не мои проблемы! И вообще – зачем тебе наверх, красавчик? Мама спустится к тебе сама, уж поверь! И задаст за всё сразу! Не всё же мне от неё получать, а? — Заткнись, Шанго! Вали отсюда и оставь меня в покое! — Не рассказывай, что мне делать, малыш! Не будь ты безногим, я набил бы тебе морду – за весь этот лепрозорий в моём Бротасе! — Не будь бы безмозглым, я бы тебе ответил! — Сукин сын! — И я тебя люблю, брат. Подержи мне дверь – и проваливай. Габриэла с возрастающим недоумением слушала этот странный диалог, прижимая к себе близнецов и стараясь не дышать. Наконец, хлопнула дверца машины и взвизгнули шины. Затем раздался стук костылей. Сухо прошелестела бамбуковая занавеска. Незнакомый скрипучий голос осторожно позвал: — Мам? Прятаться дальше было глупо. — Прошу прощения, сеньор. Дона Жанаина ушла и просила меня присмотреть за… – Габриэла умолкла на полуслове. Обалу стоял на пороге магазина, тяжело опираясь на костыли. Садящееся солнце било ему в спину, стоя рыжим ореолом над торчащими короткими косичками. Его белая футболка была перепачкана зеленью и подсохшей грязью. Через скулу тянулась поджившая царапина. Длинные чёрные глаза в упор смотрели на Габриэлу – и в них поднимался ужас. — Это ты? – спросила самая прекрасная женщина в мире, делая шаг к Обалу. – Это ты? Закатные лучи ласкали лицо Габриэлы, дрожали на её ресницах. От неё пахло кофе и морской солью. Тугие кудряшки, стянутые на макушке, искрились вечерним золотом. Блестело голубыми и белыми бусинами илеке на хрупком запястье. На руках Габриэлы мирно спали два негритёнка в памперсах. Из огромных зеленоватых глаз на Обалу смотрела Йеманжа. — Я… – Обалу судорожно сглотнул, чувствуя, что ему отчаянно не хватает воздуха, из последних сил надеясь, что всё – не по-настоящему, всё – во сне… – Добрый вечер, сеньорита. Где моя мать? — Она в Бротасе. На террейро. Благодарит Святых. – Габриэла перестала улыбаться. – Разве ты… разве вы её не дождётесь? — Нет нужды. Спасибо, сеньорита. Я приду позже. – Обалу повернулся и, молясь о том, чтобы не грохнуться с крыльца, нащупал костылём порог. — Нил Гейман – просто киношник, не так ли? Медленно-медленно Обалу повернул голову. — А сэр Теренс – мудрый, смешной и всё знает о людях. С твоего разрешения, я… — Как я рада, что ты здесь. – Полные моря и света глаза Матери Всех Вод смотрели ему в лицо. – Хочешь кофе? — Хочу… — Когда ты начала это замечать, Эвинья? – негромко спросил Марэ. Он сидел за столом на веранде и задумчиво допивал уже остывший кофе, изредка кладя в рот дольку разрезанной жаки. Эва лежала рядом в гамаке и пальцами босой ноги преследовала убегающего от неё по плетёной верёвке богомола. В саду уже было темно. Из-за крыши выплыла ущербная луна. — Ещё год назад. Когда приехала в Баию на каникулы. Мы с Эшу почти всё время были вместе, и я несколько раз замечала… тот голубой свет. Но я тогда не придала этому значения. К тому же он появлялся так редко… Я, конечно, могу ошибаться. Может быть, всё совсем не так, но… Но, похоже, это появляется, когда Эшу… не говорит правды. — Ну-у, Эвинья… Тогда Эшу должен сиять с утра до ночи, как рождественская свеча! – улыбнулся Марэ. Но, увидев лицо сестры, сразу сделался серьёзным. – Ты говорила об этом с ним самим? |