Книга Мышка, страница 132 – Алла Каргина

— Честно? Ничего. Мне было так жарко, что я мечтал только о душе и ледяном пиве. Да я и не успел ничего сказать, Пат ее выгнал.

Кристина посмотрела на него как на помешанного:

— Как… выгнал?

— Кристи, Патрик — хороший парень. Добрый, честный, воспитанный. Но иногда, когда его перемыкает, все это наносное — воспитание и прочее — уходит, и остается внук ирландского рыбака, понимаешь?

— Нет.

Питер улыбнулся.

— Ну, думаю, еще поймешь. Мы с ним ближе, чем братья, и, зная ту историю, он просто не счел нужным с ней миндальничать.

Кристина потерла переносицу.

— Я все равно не понимаю. «Выгнал» — это как?

Питер развеселился:

— Да не помню я. Вскочил он тогда и заорал что-то типа: «А ну, пошла отсюда!» — и руками замахал.

Вспоминая ту сцену, Питер засмеялся.

— И она ушла?

— Ну да. А что ей было делать? Драться с ним?

— И ты перестал выбирать девушек, похожих на нее.

Питер надул щеки и медленно выдохнул.

— Нет, я просто перестал выбирать девушек. С тех пор они выбирали меня. И, кстати, среди них были и блондинки, и рыжие. Просто ты не всегда интересовалась моей личной жизнью.

— Они выбирали тебя… Это значит, что, если бы я тогда тебя не поцеловала, ничего бы не было?

Питер задумался:

— Думаю, было бы. Я бы дал тебе подрасти и все равно подкатил бы.

Кристина рассмеялась.

— Подкатил? Этот как?

— Ну приблизительно так.

И, притянув жену к себе, он принялся целовать ее.

Они готовы были выходить, когда Питеру позвонили из Японии. Он показал Кристине, что разговор займет пять минут, и удалился в кабинет. Они с камердинером остались его ждать.

— Беннет, я хотела спросить вас. Почему позавчера, когда вы услышали запах сигар от Питера, вы сказали, что боялись этого?

Слуга вздохнул:

— Он курил, миледи. Сигареты. Много курил. По полторы-две пачки в день. А потом появился этот покер по пятницам, и добавились сигары. Тут все и началось…

— Началось что?

— Головные боли, миледи. И тошнота, простите, до рвоты. Ему и пить было не надо. Он просыпался утром после этого покера и натурально умирал.

Кристина в ужасе слушала Беннета.

— Было настолько плохо, что он обратился к врачам, и они запретили ему курить. Категорически. И он бросил! Да, он бросил, миледи! Он очень тяжело, мучительно бросал, но смог! Оставил себе, как он говорил, «радость» — сигары по пятницам во время покера. А четыре года назад мы уехали в Америку, покера не стало, и сигары тоже как-то сошли на нет.

Кристина понимающе закивала.

— Когда в феврале он снова начал играть, я побоялся, что табак вернется в нашу жизнь. И оказался прав.

Заслышав голос приближающегося мужа, она сжала локоть камердинера.

— Я поняла, Беннет. Спасибо.

Они поднимались с парковки, когда на первом этаже к ним присоединился Патрик. Увидев Кристину, он вежливо поздоровался и аккуратно отошел к дальнему углу лифта. Кристина сдержанно ответила. Так они доехали до второго этажа, где она, пожелав джентльменам хорошего дня, вышла. Не успела за ней закрыться дверь, как Питер рассмеялся:

— Ты что, боишься ее?

— Ну если она не убила тебя, это не значит, что пожалеет меня. Как она? Сильно ты ее шокировал?

— Больше Беннета, когда грязно его домогался.