Книга Лотос Серебристый, страница 29 – Александра Хартманн

— Странно, почему нас никто не встречает из слуг? — дивилась сестра.

И правда, не было видно ни Пеи, ни мальчиков, открывавших двери, ни других лао, к лестнице лишь вышла рыжая полосатая кошка, и, замурлыкав, выгнула спину. Завидев ее, мы втроем дружно расхохотались.

— По всей видимости, сегодня вашей лао будет эта мохнатая озорница, — улыбался мистер Томпсон, — я провожу вас.

Вдоволь посмеявшись, мы поднялись по ступеням и вошли в дом. Внутри было сумрачно, ставни на французских окнах плотно закрыты, а светильники не включены.

— Что-то слуги сегодня совсем расслабились, — неодобрительно покачала головой Джи.

Мистер Томпсон помог ей открыть два окна в гостиной, в комнату сразу хлынул поток прохладного воздуха, напоенного вечерней прохладой и запахами растений.

— Благодарю вас, — зарделась от смущения сестра.

Я наблюдала за ними, стоя в тени комнаты. По дороге домой Джи рассказала мне, что мистер Томпсон первым бросился на мои поиски, сначала был найден мой спутник — Мишель Клер, он почти не пострадал, его вынесло на берег. Именно мистер Томпсон быстро вызвал спасательные катера, и они с Джи отправились вниз по реке. Все это сестра рассказывала с таким воодушевлением, с таким блеском в глазах, что не осталось ни малейшего сомнения в том, что американец окончательно покорил ее. И сейчас, протягивая ему руку и прощаясь, Джи смущенно прятала глаза под длинными густыми ресницами.

— Хорошего вечера, мисс Джия, — говорил мистер Томпсон, удерживая руку сестры чуть дольше позволенного, — завтра я приеду и навещу вас с мисс Киарой. Думаю, она скоро поправится от потрясения. Но врача все же вызвать нужно.

— Да, я наберу месье Пересу, он осмотрит Киару.

— Мисс Джия, — заговорил мистер Томпсон пылко, — что вы скажете, если, допустим, завтра я приеду к вашему отцу и…

Джи в смущении забрала руку.

— О, прошу вас, мистер Томпсон, моя сестра чудом осталась жива, я не могу пока что думать ни о чем другом, как только о ее здоровье.

На лице американца отразилась покорность и страдание, как бывает у мужчины, когда он очень давно мечтает о женщине, и не может ее заполучить.

Я не слышала, что он ей ответил, и пошла наверх к себе в спальню. Почему-то увиденная сцена между сестрой и мистером Томпсоном вызвала во мне не самые хорошие чувства. Что это? Зависть? Но почему? Я ведь так люблю Джи, я так хочу, чтобы она была счастлива. А мистер Томпсон, это теперь стало очевидно, будет для нее отличной партией, он станет самым нежным, самым любящим мужем для моей Джи.

Я села на кровать и скинула с плеч зеленый плед, которым укрыли меня, сразу после того, как нашли на берегу.

Через некоторое время послышались звуки мотора, которые вскоре затихли вдали. Мистер Томпсон уехал.

— Как ты? — спросила Джи, осторожно открывая дверь.

Я уже сняла платье, оставшись только в сорочке и чулках и сидела на краю кровати.

— Ничего, — улыбаюсь, — страшно хочется помыться.

Джи приблизилась ко мне, в руках она держала небольшой круглый поднос со стоящей на нем высокой кружкой.

— Сходила на кухню и попросила нагреть тебе немного молока с корицей и гвоздикой, — Джи опустилась рядом со мной, — это поможет восстановить силы.

Я послушалась сестру, взяла кружку и начала пить. У молока был иной вкус и запах, чем у козьего. Буйволиное узнала я.