Книга Когда играют все, страница 80 – Татьяна Иванова

— Почему нет? Прогрессоры далеко не всеведущи. Его величество Карл присылал наемных убийц даже в Борифат. Одно такое покушение и было объявлено удавшимся. Я поверил…

— Теперь я лучше понимаю, почему после убийства Карла никто не возмутился. Даже прогрессоры промолчали. Бесчестность в Остарии не прощают даже королю, — владыка еще раз вздохнул. — Боэланд куда порядочнее, и дон Гайверелл решил воскреснуть?

— К тому же нынешний король меньше знает, чем его отец, как я понял, — мрачно сообщил Сид.

— Даже так… А как вы освободились из тюрьмы? — с искренним участием в голосе спросил Леонтий.

— Яма накрывалась решеткой, узника могли видеть прохожие. И один из них меня узнал, вспомнил, что я жил мальчиком в тех краях, до того, как попал в Остарию. Я пообещал ему дорогой меч за освобождение. Я еще когда там жил, в ранней юности, выковал довольно приличный меч. Спрятал, с собой не взял, не до того было. А для простого селянина меч — целое сокровище. Он и вскрыл решетку ночью. Меня же не охраняли. Заперли и думали — скоро подохну или от голода или от укусов ядовитых тварей… Тот селянин меня напоил, накормил, еще и медных монеток мне на дорогу дал…

Сид замолчал окончательно. Опустил голову и крепко сцепил пальцы рук. Владыка откинулся в кресле, прикрыв глаза, и тоже молчал. В полумраке и тишине покоев молчание казалось таким же естественным, как щебет птиц в саду за полуоткрытым окном. Потом дверь открылась, и лучи солнца на несколько мгновений осветили лицо Сида Оканнеры, его плотно сжатые губы, дорожки слез на щеках.

— Его святейшество примет посланцев короля Остарии прямо сейчас, — тихо сказал прислужник владыки Рон, тщательно закрыв дверь за собой. — Нечестивые не узрят свет, в смысле, купцы из Борифата меня не заметили.

— И все-таки, я проведу вас, пойдемте, — епископ, кряхтя, поднялся из кресла, опершись на руку Рона. — Надеюсь, рядом со мной до выстрелов дело не дойдет. Но во дворце мгновенно распространятся сведения. Обратную дорогу нужно обдумать. Во дворце сейчас посольство из Борифата под видом купцов. Жалуются на захват Альнарда Остарией. Что они знают — сие неведомо. Какова роль Владетеля Борифата — тоже. Он вполне может вести двойную игру, и наверняка, не прочь вернуть себе Альнард обратно, если Карласс захватит Остарию. Говорят, пошлины на товары из Борифата сильно возросли после того, как Альнард снова стал остарийским. Послы обвиняют во всем, в том числе и в отравлении Кальвера, остарийского короля, который, по их словам, действовал через дона Гайверелла. Ваше свидетельство о рыцарской порядочности наместника Альнарда сейчас для них в высшей степени неуместно.

Посланцы короля снова попали в ажурную галерею с чересполосицей синих теней и яркого света. Фенелла жмурилась каждый раз, когда солнце слепило глаза, и с ужасом ждала выстрела. Владыка уверенно шел между Сидом и наружной стеной галереи. Они дошли благополучно. Перешагивая через порог и низко опуская капюшон на лицо, девушка потихоньку всунула в руки Сиду свиток с королевским посланием. Оруженосец дона Гайверелла выглядел куда более серьезным гонцом, чем она сама. Сид вздрогнул, но кивнул. Уверенно прошел через весь зал к трону его святейшества и, опустившись на одно колено, протянул седовласому старцу с седой бородкой клинышком пергамент с печатью короля Остарии. Его святейшество взял свиток, неторопливо распечатал, просмотрел. И резко вскинул голову.