Книга Подсластить победы горечь, страница 65 – Татьяна Иванова

— … потому что ты, Элан, умеешь ждать в засаде единственного момента для удачного нападения, а он — нет. Он крайне опасен своим нетерпением.

— О, Гай, так ты предлагаешь… — протянул король, не поднимая глаз.

— Нет. Он, несмотря на всю свою омерзительность, все же наш гость, хотя это соблазнительное решение. Уже соблазнительное.

— Да, слишком многие знают о визите владетеля с сыном в Борифат. Сведения о его судьбе легко дойдут до прогрессоров. Что же, предоставим участь нашего гостя Господу Богу, — решительно закончил разговор король. — Донья Фенелла, мы вас не утомили? Вы так непривычно тихо сидите, — с широкой усмешкой произнес он, вставая. — Да и еще на одном месте!

— Я увлечена вышивкой, — пробормотала девушка. — Неожиданный рисунок.

Боэланд подошел к ее креслу и внимательно рассмотрел вышивку.

— А ведь ты действительно умеешь вышивать сестренка. Такие ровные стежки. Непонятно только, зачем ты листья вышиваешь красным цветом.

— Осень, — невнятно объяснила сестренка. — Осенью листья краснеют.

— И ты, кстати, тоже, — весело сообщил Боэланд, откинув вуаль с ее лица. — Знаешь, иногда меня раздражает твое умение хранить секреты. Но сейчас я должен признаться, что уважаю тебя за это и доверяю тебе… Передай при случае дону Вельидо, что я размышляю о том, чтобы его простить. Он сумел оказать короне несколько очень важных услуг. Несколько, поняла?

Той же ночью владетель Борифата с сыном покинули Альнард.

А на следующий день прогрессоры разрешили снять карантин и с города и со всех восточных провинций. Чуму удалось остановить.

Фенелла не зря просила именно дона Альвеса де Карседу раздобыть разрешение для Сида на аудиенцию у его величества. Все-таки оплоту рыцарской чести графу де Карседе было практически невозможно отказать. Несмотря на это, Фенелла несколько раз просила своего бывшего опекуна передать королю, что то, о чем будет говорить с ним Сид, ни в коем случае не должны услышать прогрессоры. Надо же было как-то разжечь интерес Боэланда.

Аудиенцию назначили на следующий день после возвращения короля в Вальямарес. Почти все прогрессоры срочно отбыли в Ньюгард, у них там что-то случилось, а их следилки дон Цезар выучился находить и там, где считал нужным, отключать.

Сид пришел в королевский дворец, одетый во все черное, цвет неизвестной силы. На многие яркие цвета он не имел права, не будучи дворянином, а одеваться в одежды, принятых у простолюдинов цветов, посчитал неправильным. Только строгий белый воротничок смягчал мрачность его одеяния.

В покоях короля, куда его провел дон Цезар, помимо спокойного, Боэланда и встревоженной Фенеллы, оказались еще и принц Гай и дон Альвес. То есть, лица, родственные Фенелле. Король показательно действовал исключительно в соответствии с правилами приличия.

Сид низко, но изящно поклонился королю, затем своему бывшему сюзерену, принцу Гаю, отчего его величество удивленно раскрыл глаза. Не ожидал придворного изящества от того, кого он презрительно именовал кузнецом.

— Я смогу закрыть порталы пришельцев, — коротко произнес мастер оружейник, опустившись на одно колено перед королем, — если вы, ваше величество, в благодарность отдадите мне руку вашей сестры, принцессы Фенеллы.

В этом был весь Сид. Скромность и сдержанность надежно скрывали от окружающих подлинное величие его облика. Фенелла с досадой сцепила руки. Она не могла сейчас вмешаться. Шел мужской разговор.