Книга Подсластить победы горечь, страница 67 – Татьяна Иванова

И на этот раз он вышел из комнаты окончательно.

Сид, низко поклонившись своему сюзерену, уверенно придержав ножны с мечом, тоже вышел, ничего не замечая вокруг. Фенелла выбежала вслед за ним, не выдержав откровенно сочувствующих взглядов оставшихся в зале мужчин. Она нагнала молодого рыцаря у выхода и попросту переместилась вместе с ним в какую-то улочку, чтобы не идти через дворцовую площадь, прекрасно просматриваемую из башен королевского дворца. Только потом прижалась к жениху и горько, хотя и беззвучно разрыдалась. Сид остановился и в свою очередь прижал девушку к груди. Фенелла всхлипывала, рыдала, понимая, что напрасно это делает, что ее любимый и без ее слез доведен до крайнего предела, но остановиться уже не могла. Рядом, за аркой открывался вход в какой-то сад с кедрами и кипарисами, смолистое благоухание привлекало войти под сень огромных деревьев. Не помня как, оба дошли до широкой скамьи и сели рядом, тесно обнявшись. Сид осторожно гладил горько плачущую девушку по плечу, касался губами ее волос. И она постепенно начала успокаиваться, когда вдруг рядом раздался хорошо знакомый голос.

— Я понимаю, что нравы в Остарии, и тем более, в столице сейчас свободные, но обниматься и целоваться прямо под окнами архиепископа — это уже слишком… Вставать не надо, — и архиепископ Остарии Леонтий I уселся напротив несчастных молодых людей на широкую, склоненную к земле ветку столетнего кедра. — Достаточно просто отсесть друг от друга на приличное расстояние. Давно я вас не видел, молодой человек. И почему, кстати, вы до сих пор не женаты на девушке, которую вот уже год как компрометируете? Или даже больше, простите стариковскую память, точно не помню.

— Меня невзлюбил король, — глухо ответил Сид. Фенелла вздрогнула, по интонации сообразив, в какой молчаливой ярости сейчас пребывает ее жених. Но тот все еще держал себя в руках. — Я знаком с Фенеллой с детства, когда еще никто не знал, что она принцесса. Мы бы давно поженились, если бы ее не заметил король. Для того чтобы добиться руки девушки, которую люблю, я изобрел способ закрыть порталы пришельцев. Но все бесполезно. Единственное, что принц Гай, у которого я семь лет был оруженосцем, смог сделать для меня, так это посвятить в рыцари. Но какой же я рыцарь, если больше всего хочу ковать оружие, а не пронзать им людей. Смешно…

— Не очень… — проговорил владыка. — Боэланд порадовал бы меня, если бы серьезнее относился к таинству брака, очень бы порадовал. Однако, чего нет, того нет. Серьезны ли ваши намерения, дети мои?

«Дети» удивленно посмотрели на владыку.

— Вас, Сид, не смущает то, что ваша невеста постоянно и умело строит глазки разным мужчинам?

— Ваше преосвященство, — почему-то смутился Сид. — Она еще ребенок по меркам того народа, откуда происходит ее мать. Повзрослеет — перестанет.

— Очень в этом сомневаюсь, — усмехнулся епископ. — Но раз вас не смущает даже это, то вашей невесте очень повезло с будущим мужем. Итак, если ваши намерения серьезны, то я могу вас обвенчать.

— Когда? — удивился Сид.

— Да хоть сейчас. Пока у меня есть свободное время, мы можем пойти и обвенчаться в моей домовой церкви. Я сам подпишу свидетельство о браке. Очень люблю венчать.

«И кто дерзнет не признать таинство, совершенное архиепископом страны?»