Книга Дэйвенпорты, страница 139 – Кристал Маркис

Эта договоренность между сестрами была основана на странной смеси желания слушаться родителей и стремления участвовать в общественно-значимом начинании. Оливия согласилась.

От одного взгляда на Хелен она вновь мысленно вернулась к своей работе. Оливия была благодарна женщинам, которые поделились с ней историями своей жизни. Одни рассказывали о каторжных условиях труда на предприятиях и жалкой плате, которую получали. Другие передавали новости из южных штатов. Десятки травмированных, голодных людей каждый день прибывали с Юга на поездах, ища возможности начать жизнь с чистого листа.

Оливия помимо воли представляла себе, как выглядел ее отец несколько десятилетий назад, когда на его спине еще не зажили раны и в его памяти еще были свежи ужасы Юга. Но у него были мастерство, зоркий глаз и желание работать. Стремление не просто выживать, а жить и процветать. Только вживую увидев лица мигрантов, их страх и растерянность, Оливия по-настоящему осознала, сколько трудностей ему пришлось преодолеть, чтобы добиться нынешнего положения. Сердце у нее разрывалось при мысли о юном Уильяме Дэйвенпорте.

Ей так хотелось бы поделиться своими переживаниями с Хелен. То, что работать приходиться втайне, было для нее тяжким бременем, но так было безопаснее всего. Она напомнила себе, что вечно прятаться ей не придется. Как не придется прятаться и ее младшей сестре.

— Ладно, – сказала Оливия, скопировав интонацию, с которой минуту назад говорила Хелен. – Я никому не скажу, что ты ремонтируешь автомобиль Джона. Пока что. Но вам надо придумать более надежный план. Я помогу. Если вы мне позволите.

Хелен бросилась к сестре на шею:

— Спасибо, Ливи.

Она крепко стиснула старшую в объятиях.

— От тебя воняет, – заметила Оливия.

Хелен прижала ее к себе еще крепче и рассмеялась.

* * *

Оливия еще чувствовала тепло этих объятий, когда вышла из трамвая на людном перекрестке, чтобы встретиться с Вашингтоном ДеУайтом.

Она заметила его сразу же. Адвокат с Юга поднял лицо к садящемуся солнцу, шляпа готова была вот-вот упасть с его головы. В закусочной за его спиной было людно. Столы были расставлены на тротуаре, за ними сидело много посетителей. Запах еды пьянил. Желудок напомнил Оливии, что она пропустила ужин, чтобы приехать на эту встречу. Она убрала ладонь с сердито урчащего живота, подошла к мистеру ДеУайту и похлопала его по плечу.

— Ты приехала.

Лицо молодого человека озарилось улыбкой. От этого ее сердце так и затрепетало в груди.

— Приехала, – сказала она и улыбнулась в ответ.

Мистер ДеУайт подал ей руку:

— Хочешь перекусить?

— Умираю с голоду.

Его пальцы сомкнулись на ладони Оливии, и электричество, которое гудело в ней весь день, будто ударило ее.

Молодой человек повел ее, обходя столы на тротуаре, в крошечную закусочную, каждый квадратный сантиметр которой, казалось, был кем-то занят. Повар за стойкой размахивал лопаткой для жарки, точно дирижер палочкой перед целым оркестром. Со всех сторон звучали десятки голосов. Закусочная прямо-таки кипела. Здесь не было великолепия и безукоризненного этикета, к которым девушка привыкла. Все сидели, уложив локти на стол, то и дело хватали еду с тарелки соседа, говорили громко, чтобы перекричать других. В этом хаосе была душевность. И Оливию это привело в восторг.