Книга Северный цветок, страница 22 – Анастасия Мохиборода

Встав с трона он подошел к крестьянке, которая совсем забыла указания принца и стояла, не смея посмотреть на того, кто спешно подходил к ней. В ней все кипело, она злилась на конунга и поэтому на глаза проступили слезы. Страх, который она испытывала перед ним был больше желания справедливости. Она осознала в одно мгновение, что указания принца были даны на тот случай, если она захочет произвести на конунга впечатление, но она этого не хотела.

Принц откланялся и покинул тронную залу. Он оставил ее наедине с кровожадным Альмодом. От него у Далии замирало сердце.

Правитель велел накрыть на стол. Принесли яства, которые только мог подарить этот край. Было так много разных блюд, что они не могли разом уместиться на столе. Он отодвинул для нее стул, и она покорно села на него, не поднимая на него глаз.

Очаровательная девушка так и бередила его сердце. Далия была чудесна, словно цветок. Ее кожа и разогретые от тепла комнаты щеки, пылали в свете свеч. Он наслаждался ей, словно она являлась олицетворением жизни. Кто бы мог подумать, что спустя столько времени появится та, кто вновь разожжет в нем этот огонь и стремление любить. Столько времени прошло, с того момента, когда он в последний раз оказывал знаки внимания дамам, что даже забыл, как это правильно делать и как не навредить ей. С мужчинами все просто, понятно и легко, но женщины, и их уникальная организация, так и оставалась ему недоступна. За эти годы он потерял хватку. Ничего не произнося, он молча наблюдал за ней, стараясь не спугнуть ее, но желание заговорить все же было сильнее. Однако, он никак не мог начать, не признавая самому себе, что испытывает перед ней страх. Битвы, кровавые и ожесточенные, его не пугали, но хрупкая девушка поражало его сердце без усилий, в одно мгновение. На его ладонях выступали капли пота.

Она не смотрела на него, но эта тишина, что нависла тяжелым грузом, давила на нее. Было очень сложно сдерживать свои слезы. Она не понимала, почему именно слезы подступают к ее лицу, ведь раньше, чувство страха, порождало в ней желание сражаться, а сейчас же нет. Помимо него, было что-то еще, а что именно — она никак не могла понять.

Руки уже измяли ткань платья, что было и без того грязным. Ей хотелось не сидеть с ним, а принять ванную с горячей водой, ведь столько дней она пробыла на холоде и ни разу не купалась. Она источала неприятный запах. Далия понимала это и чувствовала, что постепенно — комнату заполоняет именно он. Стыд, от того, что она неприятно пахнет, лишь добавлял ей неловкости.

— Не изволите мне поведать, как Вы себя чувствовали в пути? — спросил конунг севера и, наконец, мягко, с едва заметной улыбкой, посмотрел на нее.

— Благодарю Вас, Ваше величество, все было достойным.

Она хотела расспросить его: почему он сделал так с ней, почему поступил так вероломно и выкрал ее из деревни, что в этих местах нет рабов, что она не заслуживает такого отношения к себе, но почему-то собственное тело ее не слушало.

Вспомнив слова юного принца, она поняла, что будет поступать наперекор сказанным словам, чтобы конунг напротив, потерял к ней всякий интерес. Станет мягче, менее заметной и будет соглашаться с любым приказом отданным им и с любыми его суждениями.