Книга Запретная королева, страница 148 – Анна О’Брайен

— Эдмунд… – попыталась я привлечь его внимание.

— Дайте-ка подумать, – перебил он меня. – Я пока что не вижу выхода из этой ситуации.

Эдмунд стоял в нескольких шагах от меня и, напряженно размышляя и хмуря брови, вертел в руке пустую чашу. Глядя на него, я была близка к отчаянию и, чтобы успокоиться, нащупала его брошь, приколотую изнутри к складке моего корсажа. Я видела в Эдмунде источник силы и молилась Господу, чтобы они с дядей объединились в борьбе против Глостера.

— Вы встречались с епископом Генрихом? – спросила я.

Эдмунд поморщился:

— Нет. Он посылал за мной, и теперь мне нельзя откладывать свой визит. Но я все равно не вижу, чем он может нам помочь.

— Я думала, что епископ Генрих нам симпатизирует, хотя бы немного, – сказала я и, не дождавшись ответа, добавила: – А Совет действительно может нас остановить?

— Понятия не имею. Глостер говорит, что может, – так какие у нас основания ему не верить? Совет может сослать вас в монастырь и заставить постричься в монахини. Это раз и навсегда решит проблему с вашим повторным браком. А меня могут отправить к Бедфорду во Францию. И тогда вопрос будет улажен кардинально. – Улыбка Эдмунда могла бы показаться неукротимой, но в его глазах читались тоска и безысходность. – Особенно если я внезапно погибну в бою. Вот уж порадуется Глостер – будет о чем растрезвонить!

Тон его был жестким, картины, которые он рисовал, – чудовищными, однако я отчетливо понимала, что в словах Эдмунда есть доля правды. Не зная, что ответить, я стояла и ждала, понимая, что мои мечты о счастливом будущем тают на глазах. Если даже Эдмунд не видит выхода из создавшегося положения, что нам оставалось, кроме как повиноваться приказам Глостера?

В конце концов он обратил внимание на мое тягостное молчание и посмотрел на меня; лицо Эдмунда смягчилось, он со вздохом швырнул чашу на крышку сундука и в несколько шагов пересек комнату, чтобы крепко меня обнять. Когда я с нежностью прильнула к нему, он печально улыбнулся и прижался щекой к моим волосам.

— Ах, каким грубым невежей вы, должно быть, меня считаете! Простите меня, Кэт. Конечно же, Совет не упрячет вас в монастырь. И не сошлет меня во Францию. Готов поставить на кон своего жеребца, что Глостер лишь угрожает нам, пытается запугать.

— Он был очень зол…

— Да, я знаю. И весьма нелестно высказывался обо мне и моем дяде. Глостер обвинял меня в том, что я выскочка с подпорченной родословной, мечтающий заполучить власть. Не припоминаю, чтобы он когда-либо прежде так свирепствовал, но отношения между ним и епископом Генрихом на самом деле оставляют желать лучшего. – Заметив испуг в моих глазах, который мне не удалось скрыть, Эдмунд напряженно прищурился и снова сжал меня в объятиях. – Я не могу сейчас остаться, но все же решил приехать, чтобы вас успокоить. Я поговорю с епископом Генрихом. И знаете – все будет хорошо. – Его губы нежно скользнули по моему лицу ото лба ко рту, оставляя удивительно теплый след.

— А можно мне быть с вами, когда вы будете встречаться с дядей? – спросила я.

Мне казалось очевидным, что, если мы вдвоем станем просить епископа о поддержке, священник из рода Бофортов непременно нас выслушает.

— Это необязательно, – пробормотал Эдмунд, целуя и легонько покусывая мою щеку; все мое тело с головы до ног покрылось гусиной кожей от удовольствия.