Книга Советско-Вьетнамский роман, страница 177 – Андрей Фальков

— Стой! – пискляво проблеял спутник Макарони, – можно не бежать.

Они пошли какими-то задворками по узкой улочке, пахнущей нечистотами. По обеим сторонам стояли облупленные дома. Из амбразуры двери навстречу им вышла дешевая проститутка, но, увидев окровавленные физиономии, быстро шмыгнула в тень.

— Где это мы? – спросил Макарони.

— Вокзал рядом, – спутник махнул рукой, – устал?

— Да.

Макарони устал после перелета и драки, все мышцы болели.

— Поесть бы и выпить.

— Башли есть?

— Есть.

— Тогда пошли.

Они завернули за угол и из темной подворотни вышли на чистую оживленную улицу. Зайдя в кафе, они заказали себе еду и пошли умываться.

— Здорово ты их! – заметил волосатый хиппарь. Макарони только тут сумел разглядеть его. Парень был одет в расшитую цветами рубаху навыпуск и розовые джинсы. Длинные волосы были аккуратно завиты, но сильно растрепались на бегу. Он интенсивно смывал с гладко выбритой морды остатки косметики, смешанной с засохшей кровью. Весь его вид, какой-то слащавый, внушал Сильвестру отвращение.

«К нашему сержанту бы его на пару недель, – подумал он, – живо из него мужчину бы сделали»

Парень оторвал бумажное полотенце и аккуратно высморкал разбитый тонкий нос. Из-под расстегнутой рубашки у него виднелась женская кружевная кофточка.

— Ты кто такой? – грубо спросил его Сильвестр.

— Желудь. А ты?

— Сильвестр Макарони.

Макарони чуть было не добавил «рядовой», но вспомнил о своей отставке и воздержался.

— Ну что, Желудь, чем угощать будешь?

— Пивом.

— Годится. И давно у вас такое веселье?

— Не, такая демонстрация в первый раз. Ведь до чего эти военные додумались! Геев в армию призывают! На, пей.

Желудь подтолкнул к Сильвестру высокий стакан. Сильвестр с удовольствием хлебнул.

— Так ты весь этот маскарад придумал, чтобы в армии не служить?

— Не, что ты! – Желудь возмутился. – Я натуральный гей! А вот ты на гея не похож!

— Я не знаю, кто такие геи.

— О! Гей – это круто!

— Модно, что ли?

— Да. Это новое поколение. Новое поколение выбирает геев!

— Мужик одевается женщиной?

— Да, – радостно закивал головой Желудь, – очень модно. Когда выступаем, все тащатся!

— Где выступаете? – Сильвестр насторожился.

— Поем. Ансамбль «Дупель базар»!

— И как, успешно?

— Да. Я сам не пою, я продюсер! Для продюсера-гея у нас возможностей больше.

— И что, целый ансамбль извращенцев?

— Но-но! – встрепенулся Желудь. – Ты поосторожнее выражайся. Мы не ансамбль, а рок-группа.

— А я до войны в театре выступал. И песни писал. – Сильвестр вздохнул.

— О! Круто! А теперь?

— А теперь домой возвращаюсь.

— Так ты что, – Желудь внимательно посмотрел на него, – оттуда? Из армии?

— Да! – Сильвестр расправил плечи, – случайно к вам попал.

— А круто ты их! – Желудь рассмеялся, вспоминая полицейских. – Драться можешь. А петь можешь?

— Могу.

— Ну-ка, давай, спой мне до-ми-соль!

Сильвестр взял три ноты. Желудь прислушался, взял салфетку и стер остатки туши с ресниц.

— Неплохо. А теперь соль-ре-си?

Сильвестр спел. Посетители бара оглянулись.

— Вещь! – Желудь удовлетворенно кивнул. – Значит, у нашей шняги появляется новый образ! Мужественный ветеран войны вместе с группой геев в своих песнях клеймит ужасы войны!

— Давай без группы геев?

— Без геев нельзя. Немодно.

— Ладно.

Желудь вынул из кармана визитку и протянул ее Макарони.