Книга Леди и дезертир, страница 109 – Шерил Сойер

София появилась, одетая в накидку красновато-коричневого цвета с высоким воротником, ее волосы были скрыты шляпкой такого же цвета с золотой отделкой. Она держала небольшой саквояж, от которого Себастьян тут же ее освободил, когда подал ей руку.

Она сказала:

— Саквояж полон вкусной еды. Я нанесла бы смертельное оскорбление, если бы отказалась от нее.

— Это для ребенка? — спросил он, когда помогал ей сесть.

Она помедлила у двери и посмотрела на него удивленно.

— Почему ты так решил? Гарри не поедет. Я решила, что поездка будет слишком утомительной для него.

Когда она села в карету, он тщательно контролировал свои эмоции. Кул запасся терпением для нескольких беспокойных часов с ребенком — жертва, которую он приготовился принести для очень важного дела, только чтобы обнаружить, что это не было нужно. Неважно, что он делал, но, похоже, он никогда не приближался достаточно близко к этому мальчишке. Но он должен быть терпеливым, время придет.

Себастьян расположился напротив Софии, затем в экипаж вошла горничная, кланяясь им обоим и забиваясь в дальний угол.

София повернула голову, довольно величавую в украшенной шляпке.

— Я надеюсь, тебе будет там удобно, Люси. Пожалуйста, скажи, если тебя что-нибудь будет беспокоить во время путешествия.

— Мне будет хорошо и удобно, ваша милость. Сказать по правде, для меня большое удовольствие съездить в Брайтон.

София повернулась к Себастьяну.

— Наше последнее путешествие было без приключений. Но не такое гладкое, каким будет это. Спасибо тебе за то, что везешь меня.

— Не за что. Но я думал, что буду иметь удовольствие везти также и Гарри?

Она покачала головой.

— Это короткий визит, и у нас не будет времени сделать все то, что он любит в Брайтоне. Он весьма счастлив, что остается дома. Митчелл будет учить его ездить верхом. У нас есть пегий пони, спокойное маленькое существо, которое прекрасно подходит Гарри.

Себастьян заметил нежность в ее взгляде.

— Ты не собираешься обучать его сама?

София покачала головой.

— Я не думаю, что мальчик действительно хочет научиться таким вещам от своей мамы. — Ее взгляд изменился, она печально улыбнулась и замолчала.

Себастьян наблюдал за ней, когда карета тронулась в путь, и она быстро махнула рукой, когда лошади развернули их вокруг и поехали по аллее. Прощальный жест обожаемому сыну.

В ней была печаль, которую она на сей раз не смогла скрыть. Уже неоднократно он был поражен мыслью о том, что ее вдовство могло означать для нее. Она состоялась как мать, но в картине идиллической семьи не было отца. Если у нее были сильные желания под этой невозмутимой внешностью, как она прожила более двух лет, в течение которых проводила каждую ночь одна? Эта мысль возбудила его, но он постарался отбросить ее и сохранить ясность ума. Это путешествие давало ему уникальную возможность поддержать ее веру в него. Он не должен упустить такого случая.

Что волновало ее? Каковы были ее желания? Во время ужина два дня назад он заметил несколько намеков на влечение между нею и Десернеем. Достаточно неуловимых, чтобы никто кроме него не заметил их, но тем не менее.

Это было беспринципно, и ради нее самой этому нельзя позволить развиваться дальше, но, возможно, он слишком остро реагирует. Насколько ему было известно, ни в один из последующих дней не последовало никакого контакта, и теперь она мчалась в Брайтон, никому в округе не сказав ни слова, за исключением его. Он навел справки и узнал, что Десерней остается в Джолиф-корте, значит, эти двое не собирались встретиться в городе.