Онлайн книга «Леди и дезертир»
|
У нее перехватило горло, и она не могла вымолвить ни слова. Десерней отступил на шаг назад, Меткалф, взяв Софию за локоть, поблагодарил его: — Спасибо, молодой человек. Когда они оказались вне пределов слышимости, отец спросил ее: — Это тот самый парень, который оказал тебе услугу на Главной Южной дороге, не так ли? — Да, папа. — Ты могла бы сказать ему несколько слов. Может быть, он груб, но у него есть своя гордость. Мне говорили, он пользуется уважением в войсках. А затем наступил день, когда британские стрелки покидали Сидней Коув. Было жарко, солнце стояло высоко, от бликов на воде слепило глаза. Ветви деревьев вокруг дома Маккери, где София гостила в течение нескольких дней, от гнетущей жары поникли, и короткая прогулка вниз к бухте была наказанием, несмотря на то что София надела шляпу с широкими полями и вуалью, которая должна была служить препятствием для назойливых мух. Ее сопровождали миссис Маккери и губернатор; семьдесят третий пехотный полк, которым он командовал в Новом Южном Уэльсе, отправлялся в Индию. София знала, что личный состав британских стрелков отправлялся с ними. Их было трудно различить среди красномундирников, заполнивших площадь, отличали их на расстоянии лишь зеленые султаны на киверах. Но она увидела Десернея сразу же, в колонне, стоявшей у края пристани. На ярком солнце блестящий наконечник кивера отбрасывал черную тень на его глаза, но она могла чувствовать этот полный решимости взгляд так же определенно, как если бы они еще раз оказались лицом к лицу. На пристани Софию пригласили на помост, с которого Лаблан Маккери будет прощаться со своими солдатами, но она осталась в седле, в стороне, не имея намерения ожидать, когда закончится церемония. Тем не менее почему-то она простояла, не двигаясь, всю церемонию. К тому времени небо над головой стало темнеть с быстротой, которая никогда не переставала удивлять ее даже на этой земле с непредсказуемым климатом. Крупные капли дождя с шумом обрушились на пыльные доски. Солдатам приказали подниматься на борт. Когда наступил черед британских стрелков, София увидела, как Десерней поднимался по сходням, а затем обернулся. Идущий сзади человек, грубо толкнул Жака в спину, но он продолжал глядеть на Софию. Последний луч солнца, выглянув из-за тучи, позолотил его волосы, высветил загорелое лицо и голубой цвет его мундира. Затем Десерней исчез вместе с солдатами, и ливень скрыл от глаз провожавших и солдат, и судно. Лошадь Софии с трудом поднималась вверх по размытому холму. Сверкала молния, грохотал гром. Стремительные потоки стекали с холма вниз, дождь неудержимым потоком понес к бухте всю грязь с улиц поселка. София вымокла до нитки, но, прежде чем идти в свою комнату, чтобы переодеться в сухую одежду, она пошла посмотреть на Гарри. Сын, как всегда, блаженно спал, положив под щеку ладошку. Несколько минут София стояла и смотрела на него, пока не заметила свое отражение в зеркале над комодом. Мокрые волосы, лицо хмурое, задумчивое, взгляд печальный. София еще раз взглянула на спящего сынишку, и ей показалось, что она похожа на какую-то птицу, одинокую, с черным оперением, парящую над ним… Предавшись воспоминаниям и глядя из окна вниз на пустынную площадь, София почувствовала озноб. Она поплотнее закуталась в шаль. Услышав звук шагов по ступеням, она повернулась и увидела мажордома с подсвечником в руке. |