Книга На острове любви, страница 29 – Шерил Сойер

— Если бы я только знала! — Она заставила его сесть. — А мне нечем угостить тебя, кроме вина и печенья.

Флорус покачал головой:

— На это нет времени. — Видно было, что ему не по себе в ее элегантном кресле. — Ты стала белой.

— Как ты смеешь говорить мне такое? — Айша чуть не задохнулась от возмущения.

— Взгляни на себя в зеркало.

Айша взглянула. За месяцы, проведенные в гостиных, ее кожа посветлела. Даже ладони, по которым прежде было видно, что она занята тяжелым трудом на плантации, стали мягкими, ведь перед каждой игрой в карты приходилось ухаживать за ними.

— Все принимают меня за белую. Но ты не смей так думать. Я выдаю себя за итальянку, и мне удалось обмануть всех. Я также обманом вытягиваю у них деньги. Я занимаюсь тем, что ты велел мне делать. Я добываю золото.

Флорус прищурился:

— Тебя принимают за итальянку? Все?

— До тех пор, пока их это устраивает.

— И тот мужчина, с которым ты была сегодня? Что у тебя с ним?

— Мы друзья. Он не такой, как другие.

— Все мужчины только и мечтают, чтобы ты так о них думала.

Айша рассмеялась. Она была вне себя от радости, что Флорус рядом с ней.

— Значит, тебе все-таки передали мою просьбу!

Он кивнул:

— Я не смог раньше прийти. Мне пришлось отпрашиваться и найти извозчика, который вовремя отвез бы меня в Париж. Скоро он должен подобрать меня на дороге недалеко отсюда. В Версале я главный надсмотрщик за рабами. Я получил эту должность вскоре после того, как встретился с Ясмин.

— Значит, ты нашел ее. Все оказалось так просто.

Айша вспомнила, как долго он искал Ясмин, и ее глаза снова наполнились слезами.

Флорус улыбнулся:

— Все оказалось так просто. — Он сунул руку в карман. — Вот это я заказал для тебя. В Версале работает славный ювелир. Эта сделана из английского черного янтаря, а белая — из слоновой кости. — Он положил на стол две блестящие игральные кости, украшенные крохотными белыми звездочками. — Я верно угадал, а? Я так и думал, что ты почувствуешь вкус и не бросишь азартные игры.

Айша взяла кости и держала их в руке. Они казались гладкими и прохладными. Айша не привыкла к подаркам. Ей очень хотелось подарить что-нибудь Флорусу, но, заглянув в его бездонные глаза, она вспомнила, как он горд, и о том, что когда-то владела им и видела следы наручников на его запястьях. Айша улыбнулась и открыла украшенный жемчугом ридикюль. Желтые старые, истертые игральные кости упали на стол.

— Тогда я верну тебе вот эти. — Айша подтолкнула к нему кости и ридикюль. — Это для Ясмин. Ты должен взять все это — она рассердится, если ты откажешься. Эти кости принесут мне удачу. Они красивы. Спасибо.

Флорус положил кости в карман, но ридикюль не взял.

— Я не могу подарить ей ридикюль. Она даже не позволит мне произнести твое имя.

— Она ведь сказала тебе, что я была в Версале!

Флорус покачал головой:

— Об этом мне сказал Белкасем из Эфиопии. Он стоял рядом с ней. Это Белкасем передал мне твою просьбу два дня спустя. Я тогда спросил Ясмин, почему она ничего не сказала мне о тебе. Но она ушла, не промолвив ни слова. Думаю, она ревнует. Сначала я очень много рассказывал ей о тебе.

Айша вспомнила неумолимую женщину, которую встретила в Версале.

— Она и тебе ни слова не сказала? Мне тоже.

Флорус сложил руки на столе и смотрел на них, как это бывало на борту корабля. Настроение у него испортилось. Наконец он вымолвил: