Книга Замок из дождя, страница 40 – Сеславия Северэлла

— А вы бывали здесь до войны с Наполеоном? – проговорила женщина с интересом.

— Да, Эльза Львовна, бывал, – Де Лавуазье сел рядом с баронессой.

— Вы ослепительны, моя леди. Сегодня дают «Альмавива или тщетную предосторожность» Россини, – герцог опять правильно и с придыханием произнес каждую фразу, завораживая своей манерой говорить. Левина заметила, что их ложа привлекает внимание. Наверное, во многих взглядах читалось любопытство. Или вопрос: «на кого на этот раз охотиться Де Лавуазье?» Герцог слыл заправским волокитой, и ему многое удавалось. Бернар положил свою аристократическую узкую ладонь на руку баронессы, продолжая смотреть на сцену, где начиналось действо.

— Смею ли я надеяться? – прозвучал томный шепот герцога.

— На что? – Эльза чувствовала, что теряет дар речи в обществе этого мужчины, но решила бороться с этим странным магическим обаянием Де Лавуазье до конца.

— На волшебство, моя, прекрасная леди, на великолепное волшебство, – он сжал руку Лизы в своей. Эльза поймала себя на мысли, что поддается чарам этого мужчины. Как будто, она выпила сонного зелья, которое лишает её воли, и все что ей осталось, это смотреть широко распахнутыми глазами на происходящее с ней представление.

— Посмотрите, – Бернар второй рукой поднес Левиной коробочку. И опять слова были слишком вкрадчивы, а акценты выверены. Баронесса непроизвольно увидела в этих жестах что-то похожее на то, что обычно делал барон Левин. Он играл с упоением и азартом. Женщина, как под гипнозом, высвободила вторую руку, открыла коробочку, и застыла от восхищения. Перед ней лежал роскошный браслет из отборных сапфиров.

— Он достоин вашей красоты, моя леди, – прозвучал завораживающий комментарий.

Баронесса протянула руку, а герцог умело надел украшение, так словно служил королеве. Всю первую часть оперы Левина пыталась хоть как-то призвать разум к своим обязанностям. Но все тщетно. Де Лавуазье, казалось, проникал во все щели её души, не давая покоя, не оставляя места ни для кого другого. В антракте Левина неожиданно столкнулась с графиней Хлюстиной и её мужем. Эльза смотрела на них, как на призраков из прошлой жизни.

— Эльза Львовна, представьте же нам своего загадочного кавалера, – проговорила с восхищением Аделаида Михайловна.

— Такой обаятельной леди, я представлюсь сам, – он таинственно улыбнулся. – Луи Филипп Антуан Бернар де Лавуазье герцог Ангуемский.

— Герцог, ваши манеры безупречны, – Хлюстина переглянулась с мужем.

— Я многое делаю безупречно, особенно, когда есть рядом леди, вдохновляющая меня на это, – Бернар слегка коснулся руки Лизы, – разрешите, ненадолго покинуть вас.

Де Лавуазье плавно поклонился, пристально посмотрев на Аделаиду Михайловну, удалился. Хлюстина была сражена. Какой видный мужчина, и такой галантный. «Баронесса, где вы познакомились?» – хотелось спросить ей. Но муж Аделаиды Михайловны не дал завязаться разговору, и увел свою любопытную жену. Левина посмотрела на уходящих знакомых. Она и сама была в неком восхищении от талантов герцога, и одновременно плохо отдавала себе отчет в том, что происходит. Вернувшись в ложу, баронесса попала в свет темно голубых таинственных глаз, глаз ждущих, глаз околдовывающих. Герцог был похож на человека, который смакует дорогое вино, перекатывая в горле каждый глоток, и не торопясь его глотать.