Книга В плену королевских пристрастий, страница 127 – Марина Колесова

Он поднял кубок, намереваясь залпом осушить его, и в следующее мгновение Алина, вскрикнув: "Нет", резким движением выбила его у него из рук.

— И что это значит, дорогая? – герцог удивленно посмотрел на нее.

— Вы выиграли… можете начинать спектакль. Я знаю, что ничего не докажу… – перешла на латынь Алина.

— О чем Вы? – так же сменил язык герцог.

— Да, ладно… мой слуга хотел отравить Вас… развлекайтесь… никто не поверит ни мне, ни ему… у Вас великолепно убраны все концы.

— Отравить? Надо же… – герцог удивленно усмехнулся. – Неужели Вы посмеете обвинить в этом меня?

— Нет, не посмею… я же сказала, развлекайтесь.

— Кстати, если Вы думаете, что это я подстроил, что ж остановили?

— Вы бы выпили. Вы не останавливаетесь, милорд… и готовы жизнь положить, лишь бы сломать меня…

— Вы серьезно считаете, что я способен на такое?

— Ладно, оставим… Что Вы хотите от меня и него?

— Пока только поговорить с ним… Мне интересно, зачем ему это было надо.

— А то Вы не знаете, что он имеет к этому такое же отношение, как увядший цветок к приходу засухи, – губы Алины заметно подрагивали, – я знаю, что Вас бесполезно просить, милорд, Вы слишком долго ждали, чтоб сейчас от всего отказаться… и все же… не затягивайте петлю, я не смогу с ней жить.

— Вы опять говорите загадками, дорогая.

— Жаль, что Вы отказываетесь их понимать. Но я не особо и надеялась на это. Кстати, для всего дальнейшего представления я нужна Вам, или Вы можете обойтись без меня?

— Могу и без Вас, если объясните мальчику, что ему лучше быть откровенным со мной, мне не хотелось бы искать Вам другого пажа, – вернулся к родной речи герцог и обернулся к Виктору: – Ну как расскажешь мне все сам или надо устраивать допрос с пристрастием?

Виктор, удивленно смотревший на все происходящее и ничего не понимающий, покорно склонил голову:

— Конечно, господин, я расскажу все, что хотите. Что Вы хотите знать?

— Когда, как и зачем отравил вино и кто помогал.

— Вы серьезно, господин? – в глазах Виктора мелькнуло неподдельное изумление. – Вы считаете, что вино было отравлено?

— Так считает твоя госпожа. Хочешь, сейчас прикажу привести кого-нибудь и заставлю все вылизать с пола. Сам ведь знаешь, что будет. Не упорствуй, расскажи все как есть.

— Это невозможно, господин, – Виктор побледнел, и у него начали подрагивать руки.

— Виктор, вино на самом деле отравленное, если герцог заставит кого-то слизать его с пола, то ты убедишься в этом. Ты действительно хочешь это увидеть и настаиваешь на этом?

— Госпожа, я, конечно, верю Вам, моя жизнь и так полностью в Вашей власти… Но я не делал этого, я никогда бы не посмел…

— Раз веришь, то не перечь и будь послушен герцогу, – жестко произнесла герцогиня и обернулась к супругу: – Делай с ним, что хочешь.

После чего развернулась и стремительно вышла.

Герцог долгим мрачным взглядом посмотрел на Виктора и тихо проговорил:

— Хоть я безгранично верю супруге, но все ж проверить не помешает.

Он дернул шнур вызова слуг и появившемуся на пороге слуге приказал:

— Конюха приведи и пусть захватит худшую собаку двора.

— Да, Ваша Светлость.

Слуга тут же поклоном удалился, а через несколько минут в дверь постучали, и конюх ввел чуть прихрамывающего дворового пса.

— Заставь его все слизать с пола, – приказал герцог конюху, – не слижет он, это сделаешь ты.