Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 213 – Жоубао Бучи Жоу

Чу Ваньнин ничего не ответил, и Ванъюэ продолжил:

— Жизнь заканчивается смертью – таков порядок вещей, и нарушать его нельзя. Я счастлив уже потому, что перед своей кончиной успел увидеть конец того кошмара, который довлел над озером Цзиньчэн. Мне, однако, весьма стыдно за то, что я втянул вас в наши, мягко сказать, проблемы.

— Не стоит переживать. – ответил Чу Ваньнин. – Надо полагать, вам известно, кто этот человек, что выдавал себя за Гоучэнь Шангуна, и каковы его намерения?

— Кто он – мне неизвестно. Однако его целью, судя по всему, было получить силу Чжайсинь Лю и овладеть тремя великими запретными техниками.

— Для применения запретной техники требуется невероятное количество духовной силы, – задумчиво проговорил Чу Ваньнин. – Но если удастся позаимствовать силу у духа древнего дерева, можно добиться своей цели, потратив при этом гораздо меньше усилий.

— Да, тот человек сказал то же самое. Он говорил, что древние духи обладают огромной силой, но найти их – задача не из легких. Единственным, кого можно было выследить по упоминаниям в старинных книгах, был Чжайсинь Лю. В действительности тот человек появился в озере Цзиньчэн совсем недавно. С того самого дня, как этот человек взял озеро под свой контроль, он все время проводил на дне, где, пользуясь силой Чжайсинь Лю, практиковал две запретные техники – «Возвращение к жизни» и «Партию Чжэньлун».

Ванъюэ вздохнул, глядя в пространство пустым, безжизненным взглядом.

Сердце же Мо Жаня замерло.

И вправду… Это путешествие к озеру Цзиньчэн прошло совсем иначе, нежели то, из прошлой жизни; однако все изменения произошли не так уж и давно. Когда же произошел тот самый поворотный момент, что заставил историю этого мира пойти по другому пути?

— Его духовных сил не хватало для того, чтобы контролировать живых существ, поэтому он убил множество обитателей озера, дабы попробовать управлять мертвыми. На этот раз у него получилось. За несколько десятков дней он безжалостно умертвил почти всех существ в озере и сделал их своими игровыми камнями. В живых он оставил лишь нескольких, чтобы проводить над ними испытания. Я как раз был одним из них.

— То есть, когда я пришел за божественным оружием, вы выплыли ко мне, находясь во власти фальшивого Гоучэня? – спросил Мо Жань.

— Нет. – Ванъюэ медленно смежил веки. – Он смог получить власть над другими, к примеру над лисьим духом и Чжайсинь Лю, но не надо мной. С самого сотворения мира я был священным зверем Гоучэнь Шангуна. Миллионы лет назад, приручив меня, он выжег на моей чешуе свое тавро и навеки стал моим хозяином, которому я остаюсь предан и по сей день.

— Но почему вы…

— Волей-неволей мне пришлось притворяться, – вздохнул Ванъюэ. – Хотя этот злодей не мог получить надо мной полную власть, за сотни тысяч лет тавро Гоучэня все-таки потеряло бо́льшую часть своей силы, и поэтому в какой-то мере я действительно попал под влияние фальшивого Гоучэня. Когда вы увидели меня впервые, я был нем, но потому лишь, что этот человек смог полностью подчинить себе мое горло, и оно больше меня не слушалось. Однако стоило его чарам развеяться, как я тут же вновь смог говорить.

— А этот фальшивый Гоучэнь знал, что вы притворялись? – поинтересовался Мо Жань.

— Думаю, нет, – ответил Ванъюэ, покосившись на юношу. – По его расчетам, сегодня он должен был заполучить твое духовное ядро и с его помощью продлить жизнь Чжайсинь Лю. Но он даже не предполагал, что я могу отправить вас обратно в священную оружейную, где вы уничтожите дух древней ивы. Он совершенно меня не опасался.