Книга Общество забытых мучеников, страница 146 – Анви Рид

Джосайя кивнул, последний раз осмотрел фреску, пробежался взглядом по лицам студентов и, улыбнувшись Эбель, покинул трапезную.

— Зашибись… – Реджис пнул стул.

— Мы реально будем просто сидеть и ничего не делать? – Ноа спрыгнул со стола, на котором сидел все это время.

— Как будто для тебя это что-то сверхъестественное? – кинул ему Реджис. – Разве ты делаешь что-то еще кроме… э… ничего?

— Эбель? – Соль подошла к подруге. – Что думаешь? Есть идеи?

Все посмотрели на нее. Она стала негласным капитаном их медленно идущего ко дну корабля.

— Что еще было в криптексе? – Эбель повернулась к Реджису.

— Ноты, – сказал он, сунув руку во внутренний карман кофты.

— Что с ними? Знаешь, к чему ведут? – Эбель прищурилась, пытаясь рассмотреть кучу непонятных закорючек на листе.

— Это «Страсти Божьи». Они рассказывают о семи последних днях земной жизни Иисуса. Предсказание смерти, Тайная вечеря, молитва, ну и, в конце концов, смерть.

— Умный, что ли? – прыснул Ноа.

— Я часто играл «Страсти» в главной церкви Санди. Там, где служит отец Робинс.

— Может, и последний обряд свершится там же? – предположила Эбель. – Под хор и завывания органа? Может, это подсказка?

— Может, но мы все еще не знаем, когда наступит тот самый день и наступит ли вообще, – сказала Соль.

— Погодите. – Реджис нахмурился и, на секунду задумавшись, выпалил: – Он хочет вознестись в день рождения Христа. Так?

— Так, – кивнула Эбель.

— Получается, двадцать пятого декабря? – посчитала дни Соль. – Но это совсем нескоро. Это очень нескоро.

— Вознестись… – протянул Реджис, надеясь, что остальные поймут быстрее него и ему ничего не придется им объяснять. – Ну?

— Говори уже, достал, – кинул Ноа.

— Иисус умер. На третий день воскрес. На сороковой… – начал Реджис.

— Вознесся? – спросил Ноа.

— Вознесся, – улыбнулась Эбель. – Значит, надо отсчитать от двадцать пятого декабря сорок дней, и мы поймем, когда будет день последнего ритуала. Судя по участившимся убийствам, Робинс торопится. Отсчитывать надо в обратную сторону.

— Шестнадцатое ноября, – негромко сказал Тимо.

— Черт, – услышала его Эбель. – Это…

— Завтра, – сказал Ноа, лишний раз подтвердив свою единственную пятерку по математике.

— Надо догнать Кэруэла. – Соль рванула к двери. – Предупредить.

— Очевидно, он понял это раньше нас, – поймала ее за кофту Эбель. – И поэтому спешил. И поэтому забрал письмо Робинса. Он не хочет, чтобы мы в это лезли.

— Тогда, может, нам и правда подождать, пока его поймают?

— Соль, ты всерьез думаешь, будто все так просто? – Даже Ноа понимал, что это не так. – У чувака поехала крыша. Он новым богом себя возомнил. Сомневаюсь, что копы смогут его остановить.

— А мы как будто сможем, – хмыкнула Соль.

— Кажется, я знаю… – голову Эбель пронзила мысль, и искры от нее разожгли огонь где-то внутри, – … кто может нам помочь.

— Кто?

— Иисус Христос, – коварно улыбнулась Эбель. – Кто же еще?

— Вишенка, ты спятила? – засмеялся Ноа.

— После отбоя я буду ждать вас в крипте. – Но Эбель было не до смеха. – Ноа, возьми свой фонарик. Соль, с тебя горшок с могильной землей. Реджис, – она положила руку ему на плечо, и тот поднял на нее взгляд, – оболы. И…

Эбель замолчала. Посмотрела на Тимо. Он – на нее. Выпрямил плечи, поправил очки и оттянул свитер вниз, расправляя складки.