Книга Пророчество тьмы, страница 65 – Анви Рид

Все удивленно уставились на нее.

— Что выпучили глаза свои? Пока сердце бьется – живет и душа. Живет душа – живет тело. Поломанное ли, израненное, больное – неважно. Сдаться – значит сразу умереть.

Хозяйка таверны встала из-за стола, чтобы взять еще один стул.

— Ба, иди сюда. Посиди с нами! – крикнула Илина на кухню.

Все подвинулись, кучнее сев за столом и освободив место для бабушки, Юри принялась вылизывать тарелку. Соно сразу отобрал ее и подвинул свою недоеденную порцию.

— Кушай сам. Хватит уже отдавать мне свою еду, – Юри отодвинула его тарелку.

— Ты голодна, – настаивал ниджай.

— И ты тоже.

Юри потянулась к тарелке Эвона и, наколов на вилку запеченный картофель, положила его Соно.

— Приятного аппетита, – не стал возражать травник и, закинув остатки еды в рот, запил их грогом.

Кухонная дверь скрипнула, будто выбитая жаром и запахом запеченного мяса, сразу долетевшими до гостей. Медленно, опираясь на палочку и держась за высокую мускулистую женщину, с кухни вышла бабушка. Ее лицо украшали благородные морщины, за которыми было сложно разглядеть ясные черты, зато румяные щеки, растянувшиеся в улыбке, Эвон заметил сразу. Из-под косынки свисала тоненькая седая косичка. Испачканный в соусе и масле фартук прикрывал исписанный узорами сарафан с длинными рукавами. Голова старушки тряслась, и, будто жуя собственный язык, она подбирала слова, которыми собиралась встретить путников:

— Гости наши, приветствую вас. Все ли вкусно было? Все ли по душе пришлось? Может, вам еще хлебушка принести?

— Садись, ба.

— Да брось ты, Илиная. – Убрав руку внучки, бабушка с трудом, но села сама. – Я не беспомощная.

— Ты… – выкрикнула Далия, и старушка, не поняв, к кому та обращается, осмотрелась по сторонам.

Будто уже отвыкнув от ее голоса, Эвон повернулся на Далию. Она уставилась на помощницу – женщину, которая так же удивленно смотрела в ответ.

— Дэл, ты знаешь ее?

— Это ты… Ты!

— Йа! Йа, принцеш!

— Юта, ты жива! – Далия вскочила из-за стола, бросаясь на девушку с объятиями.

По сравнению с высокой тучной северянкой, Далия казалась маленькой куклой, которую легко было сломать. Они тепло обнимались и, будто старые подруги, радовались встрече.

— Это Юта! – Далия наконец решила всех познакомить. – Мы с ней были на пиратском корабле. Нас двоих продали на Юненском аукционе. Так я попала к Эвону, а она… Она сюда.

Соно с Юри закивали, будто что-то поняли. А ведь и правда, Эвон даже не успел рассказать им, как нашел Далию. Да они и не спрашивали. Опасное приключение вымотало всех, и времени на разговоры не было ни у кого. Эвон посмотрел на рокрэйнку, которую выдал северный акцент. Он вспомнил и ее, и бабушку Илины, которая была так знакома ему.

— А-а-а! Я видел вас, точно! – громко озвучил травник свои мысли. – Я Эвон. Очень приятно познакомиться!

Он протянул руку Юте, но она не пожала ее. Лишь на секунду замерла, изучая его лицо. Она осмотрела каждый кусочек его тела, зачем-то принюхалась и, будто что-то вспомнив, упала на колени.

— Юниш сэн! Юниш сэн! – закричала она, ударяясь головой о его ноги. – Яйн фунетц юниш Скаль. Сэн Рокрэйниш конге!^[9]

— Юта, чего кричишь? Вставай давай, хватит коленями грязь с пола собирать. – Бабушка пару раз ударила палочкой по полу, окликнув свою помощницу.