Книга Рассказы, страница 65 – Тим Каррэн

Мне стало любопытно.

Мне очень хотелось узнать, куда они везут труп, но не было никакой реальной возможности догнать их ночью. Только не в городе. Без нарушений нескольких правил дорожного движения и копов, приставших сзади, как клещи. И я не хотел провести ночь в обезьяннике.

Двери были заперты, но замок был не тяжёлый. Я достал свою маленькую коробочку с отмычками и вскрыл его примерно за минуту. Внутри помещение кишело тенями. Здесь собралась вся тьма мира. От него пахло сладкими цветами и ветхостью. Я пробирался по извилистым коридорам мимо темных смотровых комнат. Все, что я слышал — это стук дождя в окна и биение собственного сердца. Поймите меня правильно, я не боюсь мертвых людей. Смерть мой давний спутник. Но такие места всегда напоминают мне о маме, ушедшей на тот свет, когда мне было восемь… или о Хелен. Хелен была моей женой. Через три месяца после свадьбы мы все еще были без ума друг от друга, а потом она заболела. Через два месяца я её похоронил. Рак. Попал ей в кровь. Ей оставалось две недели до двадцатипятилетия. Но иногда такое случается. Парни вроде меня не созданы для счастья.

Я огляделся и не увидел ничего стоящего внимания. Потом я поднялся наверх, нашел офисы, несколько кладовок. В одном из кабинетов, который был недавно занят, судя по клубам сигаретного дыма, висевшим в воздухе, я нашел адресную книгу в верхнем ящике… Там были какие-то записи и нацарапанные номера телефонов. Имена флористов, морги, несколько визитных карточек, прикрепленных к задней обложке.

Меня заинтриговала надпись сзади.

Она гласила:

Х. ХИЛЛ, 02:00

Х. Хилл?

Я записал это в свой блокнот. Должно быть, запланированная встреча с кем-то, где-то. Что-то подсказывало мне, что это имеет отношение к делу просто потому, что похоронные бюро, насколько мне известно, не ведут свои дела в столь ранний час.

— Какого черта ты тут делаешь?

Я поднял глаза и увидел парня, стоящего в дверях, опираясь на метлу. Его рот был открыт шире, чем у проститутки на парковке. Он был уродлив, как блюдо с жареным собачьим дерьмом. Похоже, кто-то нагрел его лицо и залил в форму "мистер Урод". Настолько оно было неправильным. Другое дело, что я его знал.

— Ты, — сказал он, увидев мою рожу. — Стил. Какого черта ты здесь делаешь? Я вызову полицию.

— Полегче, Джуниор, — сказал я ему.

Его звали Джуниор Стайлз, и он был ошибкой природы начиная с плоских стоп заканчивая заострённой головой. Одно время у него был неплохой бизнес. Пара шлюх, работающих на него, и люди, которых он запугивал. Они подбирали "джонов"^[4] в барах и на автобусных остановках. Джуниор грабил их и угрожал рассказать всё их женам или семьям, если они донесут в полицию. Я не видел его уже лет пять: он был в тюрьме. Я знал. Я помог его туда засадить. И я знал, что он тоже это помнит.

— Я уже давно думаю о тебе, Стил, грязный сукин сын. Взлом и проникновение. Ха! Мне это нравится.

— Заткнись, сутенер, — сказал я ему. — Если кто и вызовет копов, так это я.

Он побледнел. Знал, что я был полицейским и мои друзья тоже копы. А он был мелким преступником и бывшим зэком, и мы оба знали, кому они поверят.

— Никогда бы не подумал, что ты уборщик, Джуниор. Приятно видеть, что ты нашел свое место в обществе.

— Да пошёл ты, Стил.

— Да? И что же ты задумал? Опять вляпался в дерьмо? — спросил я.